Орёл в курятнике

Винила себя, что сама не пошла навстречу? А вот тут уж фиг с маком! У каждой влюблённой женщины есть красная черта, через которую ни она сама не переступит, ни своему возлюбленному не даст переступить.

Весь вечер мысли вертелись вокруг Виталия. Когда-нибудь он должен будет приехать к родителям. Наверняка уже женат. Как ей себя вести? А вдруг?..

Ничего. Если объявится, Наташа уйдёт с сыном к тётке, жившей в районе рыбозавода. Так сказать, от греха подальше. На этом и успокоилась бы, но Ирина Максимовна в тот же вечер пришла почтение засвидетельствовать.

С Ефимом Родионовичем и Дарьей Петровной новая соседка была знакома хорошо. Сечкины всегда были в родительском комитете школы, начиная со своего первенца. Ирина Максимовна принесла коробку шоколадных конфет московской фабрики – редкостную по тем временам вещь. Сечкины поставили самовар. Сели в саду в беседке.

– А что же Павел Аркадьевич?

– Устал просто. Ну, теперь уж позже познакомится непременно, он ведь не бука у меня, мы ещё по-соседски посидим с вами не раз, – Ирина Максимовна улыбалась открыто, не верить ей резона не было.

– Да чего ждать следующего раза? – удивился Ефим Родионович. К конфетам положили то, да другое, вот и застолье… вот и соседей полон двор. Рукавишникова ушла и вернулась с мужем, одетым по форме и полной авоськой водки.

– Вот это разговор! – оживились мужики.

После тройки тостов народ запел. Затем и гармониста вытребовали, перешли к танцам. Рукавишникова вызвалась помогать хозяйкам. Как-то остались с Наташей наедине в кухне, Ирина Максимовна поинтересовалась:

– Наташенька, а почему вы моего Виталика бросили?

– Я бросила?! – возмутилась Сечкина.

 – Он ко мне в те дни даже не подошёл! Пропьянствовал с друзьями, а обо мне и не вспомнил. Ну и пусть!

– Хм! – Рукавишникова прикусила губу и задумалась, оставив Наташины возмущения без комментариев.

Уже поздно вечером при расставании Ирина Максимовна обмолвилась. Сечкины враз протрезвели.

– А ведь могли мы с вами породниться, если бы наш Виталик не сбрендил!

– Вот как?! – Сечкины уставились на Наташу, требуя объяснений.

– Не сложилось, – пожала плечами дочка. – И уже не сложится.

Глава 3

Ночью Наташа не спала. Да и как заснёшь? Всё чудилась в словах Ирины Максимовны какая-то недосказанность, нечто такое, что дарило надежду. «Если бы Виталик не сбрендил…» – сказала Рукавишникова. А что бы было?

Может, увёз бы он её в Москву. Может она поступила бы в знаменитое художественное училище.