Зрелая жатва. Книга двенадцатая

    19/10/2013 Амстердам

Осень в Амстердаме

Дождь, жжёт асфальт отражение света

Пляшущих букв от кафе на краю,

Где же мне всё-таки виделось это,

В прошлом осталось и вновь «дежа вю»?

Дамы здесь строги, мужчины манерны,

Прочие за стойками баров галдят,

Снял Амстредам и охотно примерил

Яркий парижский богемный наряд.

Всласть зарубежными полон гостями,

Здесь и богач и последняя голь,

Гордо сияют и манят огнями

Полу «Ротонды» и полу «Куполь».

Здесь всесезонно за счастьем охота,

Каждый за жизнь уцепиться готов,

Варится в общем котле вся Европа,

Азия, Африка, ген островов.

Выгнули спины мосты по старинке,

Гладит их плиты идущий поток,

И проявляется словно на снимке,

Заново прошлого времени ток.

На тротуарах не очень-то чистых,

Стайки прохожих испуганно жмутся,

Братья садисты – велосипедисты

С видом довольным по лужам несутся.

Тянется сеть паутины каналов,

Тихо струится поток вдоль домов,

Старые лодки качают устало

Клочья сопревших гнилых парусов.

Бомж собирает бутылки в канавке,

Стайка детишек играет в футбол,

Влез на газон очумелый от травки

Некто, чей возраст не ясен и пол.

Вот и закончилось позднее лето,

Тучи дожди в поздних сумерках льют,

Грустно в закате вечернего света

Старые башни часы отобьют.

    20/10/2013 Амстердам

Кроки о Брюгге

То ли «замок», то ли «мост»,

Расшифруй, поди ты, Брюгге,

Небо цвета спелой брюквы

И каналов длинный хвост.

Тихо плещется вода,

Раньше шёл канал до Гента,

К настоящему моменту

Всё ж красив он иногда.

С неизбывною тоской

На канал глядит собака

Из окна, и ждёт лишь знака,

Кто возьмёт её с собой.

И суконщик и мясник —

Каждый дом себе построил,

Со стараньем, сколько стоил

Зная каждый половик.

Вот фламандский эконом,

Он на девок тратил деньги,

На игру, трактир, безделье,

Да не нам судить о том.

Старый рынок Гроте Маркт,

Всё на свете продаётся,

Там вино рекою льётся,

Всякий выпить не дурак.

В кабаке средь бочек вин

Тонкий профиль с мнимой мушкой,

Рядом с ней с пивною кружкой

В стельку пьяный господин.

Женщин вычурный убор,

Шляпы чёрные мужчины

Сохранились на картинах,

Моль не съела до сих пор.

Вот набросок первый сорт:

Под осеннюю прохладу

Ром, лимоны, шоколадка —

Весь фламандский натюрморт.