Десять

 – У нас всем интересно, нашу компанию непременно ждёт огромный успех. Когда сможешь выйти?

– Завтра и выйду. Возьму пока отпуск на работе и сюда.

Анжела кивнула и как-то восхищенно улыбнулась Роману.

Выйдя на улицу, залитую солнцем, и ступая по непросохшим лужам, Роман не мог вместить в себя эту радость: новая работа, новые марки, новый вызов судьбы. Тем более что всё, что он собирался купить в ближайшее время, умещалось примерно в две подобные месячные зарплаты. Плюс собственный кабинет, плюс самостоятельность, месяц сплошного творчества без бумаг и отчётов… А дальше….

Дальше Роман думать пока не мог. Вроде всё, о чём мечталось – высокая зарплата, творчество… всё было в комплекте.

– Ну, по пивку за такое дело, – подумал Роман и заспешил в ближайший универмаг.

4.

Голова начала работать, как только он покинул территорию «завода».

Всё, что он знал: это будет слабоалкогольный напиток, по аналогии с десятком подобных коктейлей, от которых ломятся полки в каждой «Пятерочке» и «Магните».

Но тут, как он понимал, речь пойдёт об элитном дорогом напитке, который будет разливаться в красивые, алюминиевые банки. Значит, нужна будет элитная, дорогая упаковка. Значит, нужен также и отличный мерчендайзинг, хорошая выкладка рядом с элитным алкоголем.

Вечером из-под руки Романа листы бумаги вылетали один за одним, как из пушки. Он набрасывал «опорные точки бренда», как он их называл – идеи, которые громоздились одна на другую. Все эти идеи связывались в единое целое, которое оставалось только назвать.

Зазвонил телефон. Парни с работы звали попить пивка вечером. Отвертелся, сказал, что болит голова со вчерашнего. «Интересно, а что было вчера? – попытался вспомнить он. – О-па, не помню, значит что-то было», – улыбнулся он своим неожиданным мыслям.

«Кстати, – новая идея пришла вместе со звонком, – Саня! Он знает все клубные дела, все рецепты в барах! Так, Санёк будет нужен, сто пудов».

Санёк, он же Александр Баранкин учился вместе с Ромой в одном классе, но после школы их пути серьёзно разошлись: Роман только со второго раза поступил в Институт Культуры, а родители Санька, (так звали Баранкина друзья), сходу, не мучаясь, заплатили столько, сколько нужно для поступления их сына в МГИМО.

Они считали, что лучшее вложение – в учёбу детей, в их будущее.

Так они считали ещё пару лет, пока Саня усердно учился и постигал азы сложных международных отношений.