Ведьмины штучки

Однажды в старом альбоме Толик увидел чёрно-белую фотографию, на которой с растущим изумлением узнал в сногсшибательной блондиночке тётю Мару, а в стройном обаятельном юноше дядю Жору. Снимок был любительским, примерно шестидесятых годов, сделанный на природе, в лесу. Жора в тельняшке сидел на мотоцикле, держался за руль новенького «Восхода», улыбался. Мара, опираясь мягким местом на заднее сиденье, стояла и смотрела куда-то вдаль, словно оценивала выбранный ею путь. Ветер взметнул её длинные светлые волосы, но вздёрнутый упрямый подбородок и осколочный взгляд исключали всякую романтику.

«Перед первой ходкой» – было написано на обороте снимка. По-видимому, на этом самом мотоцикле они и совершали набеги. Свой первый срок парочка заработала вместе. И для Жоры с той поры тюрьма стала вторым домом.

Когда в стране начались неразбериха и беспредел, дядя Жора вдруг остепенился, открыл у себя талант, затем мастерскую рядом с кладбищем и стал зарабатывать деньги, куя оградки как для бывших своих коллег по криминальному цеху, так и для их врагов.

Поговаривали, что он отошёл от своих прежних дел. Но так ли это было, кто его знает, ведь к нему ходило много разного народу, поди разбери, кто есть кто. Но что правда, то правда, вот уже сколько лет дядя Жора не был на зоне.

Толика, парня тихого, безотцовщину, всегда тянуло к этому суровому человеку. Сам же дядя Жора относился к нему ровно, без сантиментов, крутится рядом малец, ну и ладно. Да и любил ли этот суровый уголовник кого-нибудь? Друзей дядя Жора не имел, подельников не приваживал, а женщина у него была одна – его, как он говорил, Маруха.

Столько лет прошло, а он всё такой же, как на фотографии, стройный, красивый, даже тельняшка как будто та же, только шевелюра да усы стали серыми, под цвет его светлых прозрачных глаз.

Мара утвердительно кивнула мужчинам, и Толик понял, что она разрешила продолжить разговор при нём.

– Монтана, говорю тебе, я в завязке! Сердце шалит. – Дядя Жора опрокинул стакан красного домашнего вина, закусил брынзой.

Нервный Монтана аж дёрнулся на стуле, зажестикулировал, пальцы веером:

– Жора!!! Всё готово, в натуре! Всё складывается. С Машкой я договорился…

Пьяница Машка был достопримечательностью посёлка. Здоровенный мужичище с бородой, курчавыми волосами до плеч, он нигде не работал, бомжевал, спал где придётся. Иногда подносил на рынке фрукты-овощи продавцу, иногда помогал разгружать мебель, бывало, и на кладбище подрабатывал, могилки копал.