Ведьмины штучки

– Сходи, а как же. Чего ж не сходить? Самое время!

Антоши и след простыл.

– Какую же он рыбку без удочки-то поймает? – засмеялась про себя бабушка.

Ах, молодость, молодость! Сетуют иной раз те, кого жизнь чему-то да научила, кто не раз набил лоб свой, кто наставил себе шишек. Учат детей своих неразумных, как правильно жить, что делать. Конечно, добра желая! Но как знать, что человеку лучше? Ведь что одному плохо, другому – за счастье покажется. Что одному – мечта, другому и даром не надо. Потому нечего к чужой судьбе со своей меркой подходить, неправильно это.

Антоша Лизу на руках до Ру?салки донёс – отпускать не хотел. У воды к своей груди прижал, напомнил их последнюю встречу. «Я, – говорит, – сделал, как ты велела. Стану иной раз в Одессе на перекрёстке, смотрю-смотрю – много барышень мимо проходит: нарядные, красивые, а всё равно, Лизочка, краше тебя нет! Так и не встретил лучше, чем ты».

Потянулась Лиза к нему, обняла бережно, к себе крепко-крепко прижала, горячими губами его губы нашла.

А село пошумело-пошумело да успокоилось, даже самые вредные сплетницы (это у которых дочки остались незамужние), хоть и не сразу, но наконец признали, что, несмотря на разницу в возрасте, Антон и Лиза – хорошая пара. А как не признать! Всё-то у них ладится – и в огороде, и в доме порядок. И виноградник поднимается – загляденье, и сад. Антон сразу же из города соломорезку привёз, теперь и с дробилкой управляется, говорит, да уверенно так, что скоро в нашем селе машины ездить будут и в поле работать.

А пока купил этот, как его? Лисапед! Баловство, конечно.

Лиза с Антоном знают, что бабы языками чешут, улыбаются, у них за Колей Лидочка, Ваня и Верунька подрастают. К зиме пятого ждут.

Начало XX века. Всё ещё впереди.

__________________________

Жок – народное гулянье.

По?раться – делать какую-нибудь домашнюю работу, прибирать, готовить и т. д.

Инфлюэнция – то же, что грипп (устаревшее название).

Мурлыка

Поезд медленно тянулся на юг.

Машины с лёгкостью обгоняли состав, который из-за сыпучих песков и подземных вод никак не мог пуститься во все тяжкие. Андрею достался билет на верхней полке, но до прихода законного пассажира он сел внизу, тем более что напротив смотрела в окно прелестная молодая женщина. Андрей украдкой бросал взгляды на попутчицу и уже рассмотрел милый профиль, вздёрнутый носик и рыжие пружинистые волосы в мягкой косе, но всё ещё не решался заговорить.