Обретение настоящего

– Вот, – кивнул на снимок Иван Петрович, – это мы по окончании училища… Молодые совсем! Садись, девочка моя.

Саша опустилась в глубокое кресло. Ей казалось, будто бы всё происходящее она видит в нелепом сне, от которого хотелось быстрее очнуться. Подали ароматный кофе с корицей и сливочные пирожные. Саша сделала несколько глотков и подняла глаза на генерала. Он смотрел на неё с такой ласковостью и радостью, что Саша чуть не расплакалась.

– А я и не знал, что вы живёте в этом городе, иначе навестил бы вас.

– Здесь дом бабушки… Мы живём у неё.

– Вот как? Не знал, не знал… Да, разбросало нас время. После смерти твоего отца, я кочевал из гарнизона в гарнизон: служил в Туркестане, на границе с Китаем, потом в Польше, потом недолго в столице… По правде говоря, мне очень не нравится то, чем приходится заниматься теперь. Бороться с этими… революционерами! Я солдат, а не тюремщик… Надеюсь, вскоре эта вакханалия прекратиться, и я смогу заняться своим делом.

– Что же, Иван Петрович, вам и расстреливать приходилось?

– Бунтовщиков-то? Бывало, что и так… А что делать? Кто осуждает солдата, когда он убивает на войне неприятеля? Здесь тоже война, если посчитать, сколько крови проливают эти отщепенцы… Дайте им волю – они бы всю Россию в крови утопили.

Война… Только на этой войне не пожнёшь лавров, потому что она грязна, и воевать приходится не с врагом, а с горсткой смутьянов, которые, как опасная зараза, распространяются в нашем обществе, отравляя и убивая его.

– И вам не было жаль их?

– Давай оставим эту тему, – генерал поморщился.

 – Благородной барышне не след знать о столь гнусных вещах. Поговорим о чём-нибудь более приятном. Расскажи, как вы живёте? Как Володя, Варя? Как матушка?

– Матушка скончалась три года тому назад, – ответила Саша.

– Вот как… – Иван Петрович вздохнул. – Не знал! Царствие Небесное! Хорошая была женщина… А Володя? Варя?

– Володя в столице. Учится в Николаевском училище…

– А! Будущий кавалерист! Отменно, отменно! Отец непременно гордился бы им.

Верю, он будет таким же блестящим офицером, преданным Царю и Отечеству. А сколько же теперь лет Вареньке?

– Четырнадцать. Сегодня её День Ангела…

– Вот как? Постой, постой… – генерал поднялся, открыл какой-то ящик, порылся там и извлёк оттуда две фарфоровые фигурки: старика-мудреца и молодой девушки. – Эти статуэтки я привёз из Китая. Говорят, они приносят счастье. Возьми их. Одну оставь себе, а вторую подари от моего имени Вареньке.