С любовью за любовь. Сборник рассказок

Через сорок минут хождения вокруг да около разговор упёрся в тему личного одиночества, близко затронувшую обоих. Перебираясь поближе, Аля пересела на диван, который на мой нетрезвый взгляд волшебным образом мгновенно разложился сам. Вспышка чувств и ощущений была настолько сильной, что я практически лишился чувств в момент апогея и сразу крепко заснул.

Разбудил неописуемый аромат домашних пельменей, который воздействовал на меня как запах валерьянки на кота.

Не избалованный маминой стряпнёй я к самодельным пельменям относился особо. Когда бывшая тёща, большой мастер кулинарии, лепила мои «любимки» – брал на службе три дня отгулов и, сидя дома, по несколько раз в день поглощал только одно блюдо, преимущественно в бульоне.

Алины пельмени не уступали тёщиным. Непродолжительно, но активно применив «Столичную» под любимое горячее, мы быстро переместились на диван и повторили утренний опыт.

Ближе к вечеру я проснулся в одиночестве с ощущением пустоты и не сразу вспомнил, где нахожусь. Открылась дверь, и вошла Аля, одетая для выхода в город: «Я в садик. Скажу, что до пятницы сына на пятидневку оставлю. И в магазин заскочу, а то горючее закончилось!».

Ситуация нравилась всё больше и больше. Я не испытывал привычного раздражения, присущего состоянию «после многодневного вчерашнего», чистота и так любимый порядок в комнате радовали глаз, и впервые за несколько месяцев в душе разлилось непонятное умиротворение.

На волне нахлынувшей эйфории я позвонил домой начальнику и отпросился на положенную за сверхурочную работу в совхозе неделю отгулов, чем окончательно закрыл проблему «завтрашнего дня». После возвращения Али из магазина уже привычный и радующий цикл «стол-диван» повторился неоднократно.

Главными качествами любой девушки, критичными и необходимыми при совместном проживании, всегда являлись чистоплотность и страсть к порядку. Сразу выяснилось, что у Али с любимыми образующими идеального быта – полный ажур. Следующий день я нарезал по квартире в набедренной повязке из полотенца: вся одежда, за исключением «Аляски», оказалась выстиранной и сохла на лоджии.

Три дня пролетели как в забытьи.