Книга поэм и стихотворений

Друзья, собравшись в пик жары,

Елену поминали.

Явившись к Боре во дворец,

Они вина напились.

Отведав жирный холодец,

За душу помолились.

Борис за Лену поднял тост:

– «Друзья, сейчас я выпью

За то, чтоб в рай открылся мост,

А путь стал лёгкой зыбью!

Нельзя умом предел постичь

Моей безумной скорби.

Кричит в саду зловещий сыч;

Во сне меня коробит.

Весь месяц птица во дворе

Ночами прорицает.

Сидит в невидимой дыре

И гибель возвещает.

Увы, наверное, маньяк

Убил мою невесту.

Нальём приятели коньяк,

Теперь как раз он к месту!

Я горем страшным потрясён,

И болен не на шутку,

Тоскою смертной унесён,

Мне плохо, грустно, жутко!

Пускай душа найдёт приют

В чудесном дальнем рае.

Пусть птицы милые поют

Ей круглый год о мае.

А я мечтаю лишь о том,

Как с ней соединиться.

Хочу с Всевышним я Творцом

Однажды примириться».

Окончил речь свою Борис,

Коньяк крепчайший выпил,

Клониться спьяну начал вниз,

Но встал затем как вымпел.

Недолго Боря постоял,

И выпивкой облился.

Пиджак малиновый не снял,

Зато на стол свалился.

Когда уснул он, наконец,

Добравшись до дивана,

Друзья решили, что дворец

Нельзя покинуть рано.

Продолжив Лену поминать,

Жуя вкуснейший ужин,

Поэт стал в мыслях вспоминать.

Как был он ей не нужен.

Воды он скоро захотел,

Пошёл попить на кухню,

Тарелку на столе задел,

И торт внезапно рухнул.

Весь мусор Михаил подмёл,

Хоть было спьяну дурно.

К друзьям он снова бы пошёл,

Но шприц увидел в урне.

Внутри шприца виднелась кровь

Ничтожной алой каплей.

Он понял, где его любовь,

Взяв вещь со свёртка с паклей.

Не зря кричал зловещий сыч,

Его влекла пожива.

Противный, жуткий, хриплый клич

Вещал, что Лена жива!

О том, что девушка вблизи

Поэт вдруг догадался.

И страх волнением пронзил,

Когда он вниз спускался.

Подумал Миша про себя

К подвалу направляясь,

Что он, пропавшую любя,

Поймёт секрет, стараясь.

– «Зачем нужна Борису кровь,

Что с нею мог он делать?

Ответ приятель приготовь,

С какого жидкость тела?»

В дверь Миша громко постучал

Огромного подвала.

Ему стон тихий отвечал,

Им Лена помощь звала.

Лопатой сбил поэт замок,

И к девушке ворвался:

– «О как подлец Борис жесток,

Над милой издевался!»

Директор девушку связал,

И кляп ей в рот засунул.