Ревность и ее отсутствие

Разъяренная Женька вцепилась в волосы бедной Алле, та отбивалась от именинницы, как могла, а Стас и Вадим пытались растащить подруг. Наконец, Стасу удалось разжать пальцы супруги, которые впились в черные пряди волос, и он отволок отчаянно сопротивляющуюся жену в сторону. Подруги, не сговариваясь, вскочили со своих мест, и ринулись в центр событий.

– Пусти меня! – ревность, помноженная на алкоголь, рвалась наружу, и Женька бешено сверкала глазами: – Пусти! Я ей сейчас морду расцарапаю! Будет знать, как приставать к Стасу!

– Успокойся! – говорил ей Стас.

Несправедливо оскорбленная Алка обиженно рыдала на груди у Вадима, ее утешала Даша. Надя бросилась к Женьке.

– Женя, ну что ты?!

– Пусти меня, – не унималась та. Впрочем, пыл ее понемногу остывал, она уже не так сильно рвалась из объятий Стаса. Выглядела именинница совсем не так, как в начале вечера: прекрасные волосы растрепались, тушь размазалась, а эксклюзивное платье было облито шампанским.

– Пущу, но только если обещаешь на людей не бросаться, – сказал Стас, ослабевая хватку.

– Хорошо, – недовольно буркнула Евгения.

Стас хорошо знал свою супругу, поэтому опустил руки с большой неохотой. Женька, едва почувствовав свободу, снова бросилась на подругу. Но достичь цели не успела: путь ей преградили Надя и Ксения, схватившие Баулину за руки, а тут и Стас подоспел сзади. Елисеева и Староверова уговаривали именинницу не хулиганить, а потом кое-как уволокли беснующуюся Женьку в туалет.

Закрывшись в «дамской комнате», подруги занялись Баулиной.

– Посмотри, на кого ты похожа, – укоризненно сказала Надя.

Женька покорно таращилась на свое отражение в зеркале стеклянным взглядом. Размазавшаяся косметика, растрепанные волосы – сейчас все ее мало волновало. В голове шумело: то ли от ревности, то ли от выпитого спиртного.

– Ну-ка, повернись ко мне, – скомандовала Ксения, вооружившись влажной салфеткой. Непонятно, каким образом она успела прихватить свою сумочку во всей этой кутерьме.

– Зачем ты все это устроила? – выговаривала ей Елисеева. – Испортила праздник и себе, и людям.

– Отстань от нее, – резко оборвала подругу Ксюша. – Ей сегодня все можно, ее праздник. Как хочет, так и отмечает. Желает мордобой – Бога ради.

– Хорошо хоть охрана не успела вмешаться, – вздохнула Надя.

– Я думаю, персоналу не привыкать, – сказала Ксения, колдуя над лицом Женьки.