Как я разводила мух. Рассказы

А на белоснежном

спуске крыльца, на перилах – гривастый

белый лев.

На фасаде дома красовался герб с золо-

тыми буквами «А.Е.», вычурный и с пре-

тензией.

«Адель Евгеньевна», – легко догадалась я.

Мои мелочные мысли о тарелке супа

улетучились сами собой.

Меня завели сначала в гостевой дом, где

мне предстояло жить и который восхитил

меня своим великолепием.

Это было совершенно новое прекрасное

жилище из двух комнат, кухни и ванной.

Со всей современной техникой и оборудо-

ванием.

телевизором. Адель уловила восторг в моих

глазах.

– А теперь я познакомлю вас со своим

мужем, – властно говорит Адель и ведет

меня во дворец.

На большом крыльце их дома я скольжу

и чуть не падаю. Ноги разъезжаются.

– Осторожно, тут очень скользко. Строи-

тели напортачили, – предупреждает Адель.

Я поправляю свою зализанную приче-

ску, серое «беременное» платье из «Хума-

ны», очки на носу и принимаю выражение

лица этакой задротки, как выражается моя

очень современная дочь Ленка.

В зале-студии, у тлеющего камина… О

Боже мой! Мистика! Вот же сила мысли!

На шоколадном кожаном диване, с сига-

реллой в зубах и в бархатном синем халате

возлежит хозяин-барин. Лысый мужик лет

сорока. С внешностью Андре Агасси.

– Гена! Это наша помощница. Мария, —

официальным тоном говорит Адель.

Гена невнятно что-то буркнул на мое

«здрасьте», равнодушно скользнул по мне

взглядом и отвернулся в телевизор.

шенно адекватная реакция нормального

мужика на синий штопаный чулок. «Ура!

– думаю я. – Это лучше, чем нездоровый

интерес к смазливой служанке». Как это

бывает сплошь и рядом, когда мужик не в

состоянии задушить в себе первобытного

человека. А молодая хищница, попавшая в

чужую семью, не может справиться с соб-

ственными инстинктами серой вороны.

А потом скандалы, слезы, причитания

законной жены, трусливые оправдания

неверного мужа, и, как правило, финиш,

когда ворону с треском изгоняют из чужого

гнезда.

яйца!

В доме, кроме самой хозяйки и ее мужа,

никого не было. Если не считать трех ко-

тов. Они сидели в подушках на роскошных

диванах. В воздухе высветленной солнеч-

ной дорожкой плясала пыль с кошачьей

шерстью.

– Это Вареник, это Анфиса, а тот, черный,

Митяй, – любовно перечисляла Адель.