Ступени

– Марта, может, с моей стороны не очень удобно, но я спрошу: почему ты ничего не говоришь насчёт предохранения? Я не большой знаток, конечно, но слышал…

– Ванюша, извини, но не могла я забеременеть последние годы. Так что не переживай, мой юный гражданский муж.

Он слегка дёрнулся:

– Почему гражданский. Что это за муж?

– Когда мужчина и женщина ведут совместное, так скажу, хозяйство, но официально не зарегистрированы, брак в этом случае называют гражданским. И ты теперь можешь смело называть меня гражданской женой.

Иван повернулся лицом к своей гражданской жене:

– Мартушка, я давно хочу спросить: почему тебя так назвали? К твоей внешности, по моему разумению, больше подходит другое имя, например, Зульфия.

Она засмеялась:

– Меня назвали Мартой потому, что я родилась первого марта. Марта Фаридовна, звучит?

– Лучше бы звучало Зульфия. Мне очень нравится это имя: Зульфия, Зуля, Зуленька. По-татарски Зульфия, а по-русски Зоя, Зайка. Но я буду тебя ещё и Весной называть.

– Согласна, мой юный гражданский муж.

Иван улыбнулся; в голосе возлюбленной он не услышал иронии. Нет, ни в словах, ни в мыслях у Марты не могло быть иронии, она и в самом деле чувствовала, что с появлением в её доме Ванюши у неё в душе расцвела весна.

Рано утром, пока его гражданская жена готовила завтрак, Иван лежал в семейной постели и вспоминал вчерашний вечер, ночь. «Как она сдерживала себя во время массажа? – размышлял он. – Я думал, она холодная, а она вон какая, погорячее своей сестры.

Да, сколько в ней всего: страсть, терпение, сдержанность…»

Глава 8. Гражданская жена

После того, как Марта дала согласие Ивану стать его гражданской женой, их вечера могли быть образцом для молодожёнов. Они улыбались друг другу, говорили ласковые слова, обнимались, целовались. А постель – она для них была истинным наслаждением, где «молодожёны» проявляли чудеса стойкости и, конечно же, страсти. Порой кто-то из них шутил: а вот так, кажется, мы ещё не пробовали…

Марта поражалась своему неудержимому, эмоциональному подъёму – раньше с ней ничего подобного не случалось.

У неё даже работа отошла на задний план – мысли были заняты только им, Ванюшей. Он тоже стал другим: с одной стороны ему хотелось казаться более серьёзным, но оставался таковым лишь на работе, зато тренировки по боксу пропускал одну за другой. Не из-за клятвы ли Марте? Вот в армии… Пока же он, как бы имел право на тренировки, но данным ему «правом» не пользовался.