Ступени

А насчёт мужчины… – Она поцеловала его в щёку, вновь прижала его голову к своему плечу. – А мужчину я давно в тебе увидела…

– Как это, что ты имеешь в виду? – юноша стремительно повернулся лицом к Марте. Она загадочно улыбнулась:

– Мы в одной квартире с тобой живём… Как я могла не увидеть в тебе мужчину?

Он сморщил нос, поиграл бровями. И, видимо, не поняв любимую женщину, внимательно посмотрел на неё.

– Марта, какая ты красивая! – неожиданно воскликнул он. И тут же смутился, покраснел. – Марта, я давно хочу сказать… Я хочу сказать, что давно тебя… люблю.

Эти слова оказались для смелого на ринге боксёра более трудными, чем поединок с сильным противником. Женщина снова, в который раз за недолгое время, прижала его голову к своему плечу.

– Ванюша, – с необычайной нежностью произнесла она, – я понимаю тебя – молодой, здоровый. – Она помолчала, погладила по его волосам. – Я не слепая, давно заметила твои взгляды. А когда массаж делаешь, руки горячие… – Она лукаво посмотрела на него.

– Почему? – с каким-то надрывом в голосе, что никак на него не походило, спросил он. – Я же не виноват, что молод! И причём здесь моя молодость? Марта, – пытаясь скрыть волнение, уже тише произнёс он, – я много думал, прежде чем признаться тебе в любви. Марта…

– Да я не могу даже представить, Ваня, что ты мой муж. Меня же на смех поднимут, если узнают, что я нашла себе мальчика…

– Какой я мальчик?! Мне девятнадцать.

Марта недовольно, как показалось Ивану, посмотрела на него.

– Ваня, мне стыдно в этом признаться, но скажу: в какой-то момент я тоже думала, наблюдая за тобой как бы со стороны, можем ли мы с тобой стать супружеской парой. И сделала однозначный вывод – не можем. Слишком велика разница в возрасте.

– Меня это не волнует. И если ты откажешь мне, я уйду от тебя. Уйду домой, к тёте. – Юноша встал с дивана и направился в сторону прихожей. Он был уверен, что Марта остановит его.

«Отвергла, – с обидой думал Иван, стоя в прихожей, – отвергла мою любовь. Зачем тогда жить у неё? Я надеялся, что как только повзрослею на год, она по-другому на меня посмотрит. Значит, я для неё пацан: принеси – отнеси, размял – помял. Институт? Сам поступлю после армии. Но как я буду без неё? Приворожила она меня, что ли, своими глазищами, лицом, фигурой! О-о-х… Обидел дорогую мне женщину. И всё моя несдержанность.