Ступени

– Для кого готовить-то? Твой пьянчуга всё равно где-нибудь свою любимую «фуньку» с дружками пьёт. А ты здесь поужинала.

– Нет, Поля, пойду.

Фая покинула квартиру, а Полина стала убирать со стола. Ваня взялся помогать ей. Потом они, сидя на диване, играли в дурака. Чаще выигрывала Полина. Юноша сделал ей комплимент по поводу того, что она хорошо играет в карты, но на этом не остановился.

– Поль, – поглядывая на её ноги, негромко произнёс он, – тебе не нравится, а мне очень нравится твой пушочек: и на руках, а особенно на ногах.

– Не только тебя мой пушок волнует, а многих мужиков. Одна моя знакомая недостатком это у себя считала, дёргала их пинцетом, потом стала брить. И добрилась… После этого волосы у неё стали жёсткие, противные. А у меня они мягкие как лебяжий пух, от этого и норовят к ним бравые мужчины прикоснуться.

Иван вдруг погладил Полинину ногу, у самой коленки.

Женщина шутливо прикрикнула на него:

– Ванька, не задорь, а то не посмотрю, что юнец, брошу тебя в постель.

– Поль, какой я юнец, – нахмурив брови, проговорил юноша. – Я нормальный парень, почти что мужик.

– Вполне возможно. – Полина лукаво посмотрела на него. – Но ты, я смотрю, и хитрец к тому же. И своими словами можешь ненароком распалить меня, совратить на неблаговидное дело. Был бы ты хоть годика на три постарше, можно бы подумать, а так – нет.

– Поль, да я не про то…. Ну, мне с тобой и так приятно – посидеть, поговорить.

– Молодец, Ванёк! Так держать! – Она встала с дивана. – Ну что, спать будем? Время уже одиннадцатый…

– Как хочешь.

– Тогда вставай, я на диване тебе постелю.

Разложив диван, Полина стала стелить простыню, а юноша задумчиво сказал:

– И всё же ты сильно с моей тётей похожа. Она и черноволосая, как ты, и фигура.

Застелив для Ивана постель, Поля подошла к нему, посмотрела в его глаза и, вздохнув, сказала:

– Да, Ванечка, если в детстве тебе кто-то понравился или наоборот, не понравился – это надолго в памяти остаётся.

Глава 3. Влюблённость

Прошло три дня как Молодцов жил у Полины.

В субботу, придя из поселковой бани, румяные женщины сидели на кухне и, потягивая сухое красное вино, вели разговор. Ивана не было, он ежедневно ходил заниматься на местный стадион.

– Строители, – говорила Фаина, – народ грубоватый, а уж матом ругаются… А Ваня вежливый, тактичный.