Мой Ванька

Анализируя свою предыдущую жизнь, понимаю, что во взаимоотношениях с Ванькой было что-то очень существенное, как я думал, для нас обоих. Оказалось, не для обоих. Честно признаюсь, сам не знаю, как с этим справлюсь.

В кабинете завотделением неврологии, немолодой мужчина, протягивает мне руку.

– Юрий Степанович Воронов! А вы – Александр Николаевич Елизов. Верно?

– Да, это я…

– Кирилл Сергеевич мне о вас звонил. И написал очень подробно, даже в превосходных степенях. Вам повезло. У него добиться похвалы – задача трудная.

– Я не добивался специально. Само как-то получилось… Когда с Ваней работал.

– Про Ваню он отдельно написал. Там был архисложный случай. Но ему показалось, что вы – именно тот человек, который справится. Надо сказать, у Кирилла Сергеевича глаз – алмаз. Практически он не ошибается никогда. Жаль, что сидит в этом Булуне. Давно бы здесь профессором стал! Короче, Саша, давайте, я буду вас звать так, когда мы тет-а-тет, пойдёмте, вы мне покажете, на что способны.

Входим в палату.

– Будьте добры, встаньте, – просит Юрий Степанович одного из больных. Тот медленно встаёт. – Александр Николаевич, осмотрите его и скажите, что вы нашли.

Смущаясь, подхожу и, не касаясь, провожу руками вдоль тела стоящего пациента.

В области шеи, а потом между лопатками пальцы начинает крючить. Очень сильно крючит. Дальше вроде ничего. Провожу ещё… Всё повторяется. Но теперь пальцы на шее будто что-то колет. Поворачиваю его к себе лицом. В области желудка вижу тёмное пятно.

– Ну что? – несколько нетерпеливо спрашивает Юрий Степанович.

– Видимо, остеохондроз шейного и грудного отделов позвоночника. Шейные позвонки скорее всего с так называемыми шипами. Всё зажато! Думаю, что боли сильные.

– Да уж, – хмыкает пациент. – Ночей не сплю! Голову по полчаса устраиваю!

– И видимо, язва желудка. Или двенадцатиперстной кишки… Скорее, желудка!

Последнее вызывает у Юрия Степановича откровенное удивление.

– Ты лучше скажи, как эту язву вывести! Специалисты… – ворчит больной. – Что она есть, я уже сам два года знаю.

– Подумать надо, – неуверенно говорю я, хотя удачный опыт вроде есть.

Вернувшись в кабинет заведующего отделением сажусь на диван и жду вердикта. Воронов садится напротив и долго молча меня рассматривает.