Захар Ковалёв и противостояние сил. Книга первая

Отпив кофе из чашки, Настя почувствовала приступ тошноты, и побежала в ванную комнату. Николай Аркадьевич был очень рад, и решил, что Настя беременна от него. Девушка решила ничего ему не рассказывать, и подтвердила его догадку. Настя боялась, что Николай Аркадьевич навредит Кириллу, если узнает, что Кирилл – настоящий отец её ребёнка.

Глава вторая

Названный брат

– Захар, ты опять взял вещи с моего стола без спроса? Где моя тетрадь с моими разработками?

– Папа, ты испытывал свои разработки на мне! Я же должен знать, что ты там пишешь про меня.

– Ты всё равно ничего не поймёшь. Там нет ничего интересного и понятного тебе. Ты ещё ребёнок, и тебе нельзя влезать в дела взрослых. Алиса, где мой кофе? Я просил его 20 минут назад!

– сейчас, дорогой.

– Дорогой? Давно я этого от тебя не слышал. Нужны деньги на шмотки и украшения?

– Нет. У меня всё есть. Ты мне в прошлом месяце выделял.

– Ты меня пугаешь, Алиса. Ты заболела?

Захар чувствовал пренебрежение отца к мачехе, но не понимал, почему они до сих пор вместе.

Его это нисколько не волновало. Но ему было искренне жаль эту девушку. 20-итилетняя, молоденькая провинциалка пробилась в Питер, вошла в их семью, и искренне любила его отца, обожала, и прислушивалась к каждому слову. Со стороны их можно было посчитать братом и сестрой, но ни как ни сыном и мачехой.

Алиса и Захар уже практически подружились, если бы только новоиспечённая мамочка, не начинала от случая к случаю закатывать истерики взрослому сыну мужа и командовать над ним.

Кирилл Александрович уехал. Алиса побежала к телефону, назначать встречу подруге Машке, чтобы вместе пройтись по магазинам за новой одеждой. Захар знал, куда отец положил тетрадь, и решил дочитать её до конца.

В толстой, потёртой тетради в клеточку и правда не было ничего интересного, только какие-то непонятные символы и формулы. Захар погрустнел.

– Значит, отец и правда что-то на мне испытывал? А то бы я не ходил сквозь стены, не читал бы мысли, и не произносил, расстроившись, или разозлившись, какие-то странные слова, которые вызывали огонь, изменяли погоду, или вредили окружающим меня людям.

Я точно не такой, как все. И я стал таким, только по твоей милости, мой дорогой отец!

Захар продолжил смотреть тетрадь, как вдруг, из последних листов выпала фотография девушки. Снимок был очень старым и потёртым. Фотография была подписана.

– Настя Чащина и Кирилл столбов – вместе навсегда!

Снимок был сложен вчетверо и служил закладкой.