Чудеса во всём. Сборник сказок

И не отправляли её больше к скотине ни на дойку, ни для кормления её.

– Знаешь что, сынок, давай-ка мы проверим твою суженую, – сказала мать, пытливо смотря на Плимаса, – есть у меня травка, называется сон-трава, если её выпить в полнолуние, да сказать в полночь Семерине: «Явись в истинном облике», то может и увидим, кто завладел душой девицы. Если же нам всё кажется, то и бояться нечего, Семерина останется собой, а уж если кто принял вдруг облик её, то уж он тут же покажется-явится.

Задумался Плимас. Глубоко задумался.

Сидел, тер лоб, переживал, за Семерину, за себя, за матушку, за родителей девицы. Всё ему казалось, что неправильно что-то сделано им. Да и поить Семерину сон-травой ему не хотелось.

И тут ему пришла мысль о том, что надо начать как раз с Глухого Леса. Ведь там они расстались с Семериной перед его походом с воеводой.

За эту мысль он крепко ухватился.

Сказал матери, что пойдет прогуляется по росе, подумает ещё, зайдет в Лес Глухой, может там находится разгадка тайны взглядов отчуждения его суженой.

Обнял он мать напоследок и вышел из дома.

Пичуги на все голоса славили рассвет. Солнце еще не встало. Природа просыпалась от ночного сна. Густой утренний туман висел над полем, заползая местами в Глухой лес.

Покусывая травинку, в раздумьях глубоких Плимас дошел до леса. Оглянулся на поднимающееся солнце, попросил его помощи. Солнце будто услышало призыв, и поднялось над горизонтом, давая силу надежды.

Вот и тропка наша, вглядываясь под ноги, думал Плимас. Вот и елки наши, под которыми ежи любят дремать.

Ооооо, а это что такое? – удивился Плимас, увидев избушку на курьих ножках, стоящую за елками. Кто построил это чудо-чудное?

Подошел поближе. Обошел избу со всех сторон. Избушка была маленькая, аккуратная, в оконцах избы висели занавески цвета юного весеннего неба. И очень напомнили ему сарафан его Семерины. Именно в таком одеянии она провожала его.

Постучал он в избушку. Никто не ответил ему. Лишь избушка переступила с ноги на ногу.

Подергал он дверь, открылась она.

Зашел он в сумерки дома. Осмотрелся. Заметил дрова у печи и растопил печь. Ведь огонь живой, может он поможет ему найти отгадку.

Весело принялись гореть дрова. Затрещали в печи. Пыхнула печь дымом сначала в избу, не топлена была давно, а потом дымок пошел и из трубы.

Присел молодец-богатырь на лавку у стола, смотрит, а скатерть-то ведь платок Семерины, ведь именно такой платок был накинут на плечи суженой, ведь в таком она провожала его.