Троечник

Вошедший Григорий – с порозовевшим лицом и усмешечкой, скрывающей смятение, – иронично произнёс:

– Думаешь, твой Джеймс меня вылечил?

Антон пожал плечами.

– Не знаю. Тебе видней.

– Голова у меня почти не болела, – с вызовом заявил Инин. – Притом я грамотно сконцентрировался…

– Молодец. В чём проблема? – Антон выложил на стол бумажные салфетки. – Больше не болит – и ладно.

Гриша примостился на подоконнике, покачивая ногой.

– Я в том смысле, что не вкручивай мне про свою Экосистему: не убедительно.

– Как скажешь.

– Не ускользай от полемики, гуру светозарный.

– Сядь за стол, Гриня. Не хочу говорить с тобой о заветном.

– А придётся. В этом долг твой перед Космосом, не так ли?

– Уймись, Инин. Жрать охота.

Григорий слез с подоконника, присел к столу и, как примерный ученик, сложил руки на коленях.

– Жри. А мне подай пищу духовную.

Прыснув, Антон положил на тарелки, ему и себе, по куриной грудке.

– Твой ИМЛИ не прикрыли, случаем? – полюбопытствовал он. – А то в Космосе, знаешь ли, беспокоятся.

– Держимся, коптим небо. – Гриша налил вино в бокалы. – И предвосхищу следующий твой вопрос. Ещё года полтора буду я готовить к переизданию письма Шолохова. При таких темпах, сам понимаешь… Побольше салата клади, духовный лидер, не стесняйся. Сам понимаешь, у меня навалом времени на то, чтобы следить за развитием Божественной твоей Сущности. Ну-ка, ещё раз про всеобъемлющую Экосистему. Повторим пройденное.

Антон вздохнул.

– Ты гоблин, Гриня. Мне грустно и одиноко.

– А ты не воспаряй, Тоня, столь высоко, – парировал Инин, – не то головка закружится. Лэ хаим!

Они чокнулись, пригубили из бокалов и принялись за ужин. Антон ел неторопливо – можно сказать, задумчиво. Гриша поглощал пищу заметно быстрее, запивал вином и колко поглядывал на друга.

– Ну?! – подзадорил он наконец.

– Это «Мерло», по-моему, – отозвался Антон, – слегка отдает пробкой. Не ощущаешь?

Григорий отмахнулся.

– Вино как вино. Ладно, похоже, твой можжевельник и вправду меня подлечил…

– Надо же! – хмыкнул Антон.

Инин вскинул руку.

– Спокуха. Твоя теория Экосистемы, в принципе, меня привлекает…

– Я польщён, благодетель. Сколько уже лет мусолим…

– Повторяю концепцию, как я её понял. – Гриша стал вдруг серьёзен. – Человечество, по-твоему, в основной своей массе состоит из гоблинов…

– Таких, как ты.

– …и структура его, человечества, развивается за счёт ущербного усложнения социума.