Малиновый понедельник

И был он таким же первым и стыдливым перед самой собой, как и стакан выпитой водки.

Я, не дожидаясь ответа, быстро схватила сумку и двинулась в сторону выхода. Александр также быстро среагировал и в два шага догнал меня, сильно прижал к себе и снова стал целовать.

– Расслабься, я не причиню тебе боли. Хочу сделать тебе приятно. Этот нахальный тип с его настойчивостью и бархатным голосом уговорил меня мгновенно, и я осталась. Он поднял меня на руки и понес к тому старому дивану, который видел, вероятно, многое.

– Как ты красива.

– Закрой глаза.

Я подчинилась и прикрыла глаза. Затем произошло то, чего я совсем не ожидала. Я почувствовала резкую боль внизу живота и захотела закричать, но Максим снова стал целовать меня. Через пару минут все также быстро закончилось, как и началось. Максим испустил истошный крик, откинулся на спинку дивана и закурил сигарету. Его лицо светилось от удовольствия. До меня стало доходить, что произошло. На моих ногах и на покрывале были капли крови.

Для него это было также просто, словно выкурить сигарету, а для меня в этот миг весь мир перевернулся с ног на голову. Не таким я представляла себе первую близость. Я знала, что такое близость, но иначе представляла ее. В моих мечтах она совершалась в первую брачную ночь на большой кровати, в романтической обстановке. Но все это никак не вязалось с мечтами и совершилось на обшарпанном диване в полном гнили и плесени подвале.

Я с омерзением и стыдливостью попыталась прикрыться краем покрывала.

– Не скрывай от меня свою красоту. Я итак уже все видел. Сейчас наберусь сил, и мы продолжим.

– Нет. Не надо. Я больше не хочу.

– Я не знал, что ты девственница. Извини. Ты же мне об этом не сказала, вот я и подумал, что это можно сделать.

– Ты же знаешь, сколько мне лет.

– Знаю и что из этого. В твоем возрасте многие девочки живут половой жизнью. Думал, что ты уже взрослая и спишь с парнями. Ты осталась здесь со мной и должна была понять, чем это закончится.

– Что ж я теперь матери скажу? – Я закрыла лицо руками и заплакала. Максим, вместо того, чтобы меня успокоить сменил тактику.

– Ты и в самом деле такая правильная? Прям, как мамонт среди слонов. Ничего и никому не говори. Зачем вообще кому-то сообщать о том, что стала женщиной. Мама тебя за это по головке не погладит. Ради твоего же спокойствия, лучше промолчи. Это твое лично дело и твоя личная жизнь, и она не должна абсолютно никого касаться, а теперь тем более.