Малиновый понедельник

Глаза Марины метали молнии, и если бы она могла, то уничтожила бы меня одним только взором. Анжелика также с нескрываемым интересом смотрела на моего спутника. Эти львицы готовы были меня порвать только за один танец с этим прекрасным парнем. Когда очередная песня закончилась, Максим выпустил меня из своих объятий и спросил:

– Люба, хочешь коктейль или пиво?

Мне хотелось продолжения знакомства, и снова мой голос, вопреки моему разуму, предательски согласился. Я перестала понимать, что со мной происходит, и прекратила сопротивляться, позволив обстоятельствам унести меня в неизведанные дали.

– Присоединяйтесь к нам. – Громко крикнул нам Александр по прозвищу «Биолог», получивший кличку за страсть к употреблению вегетарианской пищи. Когда мы подошли к столику, Александр произнес: – Знакомьтесь, это мой младший брат Макс. Прошу его любить и жаловать. Я и предположить не могла, что Макс брат «Биолога», так как внешне они сильно отличались друг от друга, как груша от яблока. Соответственно Макс был красивым спелым яблоком, а Александр зеленой незрелой грушей.

– Очень приятно. – Марина расплылась в широкой улыбке и решила пойти ва-банк. – Макс, не желаешь ли со мной потанцевать? Отказа я не приму, так как красивым парням неприлично отказывать в просьбах красивым девушкам. Максиму ничего не оставалось, как снова вернутся к танцам.

Марина посмотрела в мою сторону и торжествующе ухмыльнулась.

– Она злит тебя. – Сказала Катя. – Она желает тебе хоть чем-нибудь досадить. Ведь не она тебя, а ты ее сегодня сделала.

– Тише ты. – Я одернула подругу за руку. – Нас все слушают.

– Они ничего не слышат. Музыка слишком громкая.

– Давайте поздравим именинницу еще раз. – Я услышала за спиной голос Максима.

– Как ты узнал? – Спросила я.

– Очень просто, Марина рассказала.

Макс с интересом посмотрел на Марину, а затем присел к столику, налил два стакана водки. Один протянул мне, а второй оставил в своей руке. Пить водку мне уже совсем не хотелось. Меня начинало подташнивать. Ощущение легкости прошло, а на смену ему пришла дурнота. От одного вида этой гадкой отравы, которая еще источала не менее противный запах, к горлу подступил ком. Маринка, видя мое замешательство, взяла из его рук стакан.