Палач

С камнем на сердце Эдгар смотрел из окон троллейбуса на кварталы родного города, проносившиеся за окнами, и старался ни о чём не думать.

Войдя в свою квартиру на шестом этаже девятиэтажного дома, он радовался тому, что можно курить, пока родителей и младшего брата не было дома. Да, у Эдгара был ещё и младший брат. Их разница в возрасте составляла шесть лет. И сейчас его брат был в школе на занятиях. Особые узы братьев не связывали: каждый из них жил своей жизнью и не вмешивался в дела другого. Эдгара это вполне устраивало.

Слоняясь по квартире, гоняя чаи и бесконечно куря на балконе Эдгар настраивал себя на вечернюю бурю…

Было четыре часа дня, когда ключ в замочной скважине скрипнул и в квартиру вошёл отец. Увидев сына он ничего не сказал, и Эдгар тоже не хотел начинать первым. Но по выражению лица отца было ясно, что он уже догадался обо всём.

– Ну, что скажешь, москвич? – спросил батя сухим тоном.

– У меня не приняли документы из-за отсутствия на характеристике гербовой печати, – виноватым голосом сказал Эдгар.

– А ты не мог показать мне документы перед поездкой в Москву? – спросил отец.

Эдгар вдруг задумался о том, почему он этого действительно не сделал. Ответ в своей душе не надо было искать долго: просто Эдгар не доверял отцу, у него не было с ним душевного контакта, потому что он всегда помнил, что ещё в школьные годы любая инициатива с его стороны вызывала только крики отца и бесконечное чтение нотаций. Это так выматывало нашего героя, что он даже учиться в родном городе не хотел главным образом именно из-за этого – чтобы не слушать нравоучения своего отца.

Тем временем пришла с работы и мать нашего героя. Эдгар ушёл в свою комнату, которую он делил с младшим братом, и стал прислушиваться, о чём говорили его родители. Но они обсуждали только текущие вопросы. О нём – ни слова.

Наконец вечером, когда пришёл и брат со школы – он учился в обеденную смену – вся семья стала ужинать. Эдгар сидел за столом с понурой головой и ждал, что скажут отец или мать.

– Сынок, а ты бы не хотел снова поступить в свой институт?

Эдгар с удивлением посмотрел на неё.

– А разве это можно ещё сделать? Ведь вступительные экзамены там вот-вот начнутся, – произнёс он сдавленным голосом.

– Ничего, я поеду с тобой и поговорю с деканом, – сказала мать.

В душе Эдгара вновь затеплилась надежда: ведь так он будет спасён от осеннего призыва в армию, которого так боялся.