В одно касание

Что ему вообще надо? А Лена молодец. Я даже не пытался положить ей руку на задницу, зато кое-что другое ложил в места поприятнее. И она была не против. Может быть не все потеряно? Может быть, еще есть надежда?

Он пожал руку Алику, хлопнул по плечу меня и направился к двери.

– Я вас покину. Свои дела есть. Да и вам нужно поговорить по-своему. Алик, еще раз спасибо тебе за все. Созвонимся обязательно. – Он закрыл двери комнаты. Позже послышался хлопок входной двери.

– Что это еще за хрен? – Спросил я Алика.

– Да один клиент хороший.

– Так ты же вроде больше розничной торговлей не занимаешься?

– Для знакомых занимаюсь. – Разозлился Алик.

Я, молча, кивнул на бульбулятор, что стоял в углу комнаты. Алик одобряюще кивнул в ответ.

– Так, а что у вас с Леной все действительно хорошо? – Спросил он с подозрительным видом. – А то что-то не похоже. – Он кивнул на мою руку.

– Нет, – сказал я, – все плохо. Она психанула и не хочет со мной даже говорить. Вчера пообщалась с этой Алиной и как подменили ее.

– А-а, – протянул Алик, – тогда понятно. Пусть говорят, что женской дружбы не бывает. – Он улыбнулся и покачал головой. – А я тоже расстался с Дашей.

– А у вас хоть что?

– Да шлюха она. Только и говорит о сексе. Везде у нее секс. Все упирается в секс. Конечно, хорошо, когда девушка хочет, но когда это постоянно… ужас. От женщины, которая зависима от секса, нужно отказываться сразу. Помешанная.

Алик развернул аккуратно сложенный листок бумаги, на котором было насыпано мое лекарство, мой способ вернуться к жизни, или забыть о ней.

– Ну и где твоя зажигалка? – Спросил я.

– А черт… нету. Но зато есть спички.

Яркие угольки зажглись на верхушке бутылки. Густой, тяжелый, сизый дым заполнил верх бутылки. Он сделал одну. Я сделал одну.

– Надо купить бонг. – Прошипел Алик. – Я одну и все. Перед этим тоже одна была. Больше двух не советую.

– Я буду три. – Коротко сказал я.

– Ну как хочешь. Посмотрим, что будет.

Я вытянул вторую и третью. По лицу пошло пощипывание. Ноги внезапно подкосились и стали мягкими. Я не чувствовал лица. Оно, как будто, было не мое. Его, как будто, и вовсе не было. Руки стали слабыми.

– Залечим? – спросил Алик.

– Конечно.

Он достал нам по сигарете, и мы стояли и курили у окна. Ночь была тихая и прекрасная. Только не моя.