А жизнь всего одна, или Кухарки за рулем

В Свердловске действуют те же законы, но меня, беспартийного еврея, через три года работы без всяких препятствий назначили заместителем начальника цеха по оборудованию.

– Законы одни, а нравы и порядки разные, – вставила Людмила. Приедет заместитель директора по кадрам, ты все выяснишь.

– Непременно приду к нему на прием, – успокоившись, произнес Ефим.

– Ну, а как насчет жилья?

– Предложил комнату в частном секторе, где-то у черта на куличках, в поселке Благовещенск.

– Ты, Фима, не шутишь?

– Я тебе говорил, – снова взорвался Ефим, – оставайся в Свердловске, пока здесь все не утрясется.

– После чего ты поставишь меня в известность, что нашел другую кралю? Я поехала потому, что у Сережи всегда должен быть рядом отец, тем более что он тебя очень любит.

– Ладно, – примирительно заметил Ефим. – Уже вечереет, и еще неизвестно, сколько и каким образом нам добираться до этого Благовещенска.

Проходящий мимо мужчина сказал, что стоящий неподалеку извозчик как раз едет туда.

Ефим вопросительно посмотрел на Людмилу.

– В телеге с ребенком и в такую даль?

– Судя по всему, машины тут представляют музейную редкость. Если мы пропустим извозчика, то не исключена возможность, что нам придется ночевать на улице. Беги к нему, пока его не нанял кто-нибудь другой.

Ефим вздохнул и пошел договариваться.

В телеге была постелена солома, на которую уселись женщина и ребенок, а Ефим, чтобы не помять костюм, уселся рядом с извозчиком. Нехитрый багаж легко уместился в телеге.

Они не успели еще тронуться, как раздалось тихое похрапывание малыша.

– Умаялся, – отметил извозчик.

– Целый день на ногах, – сказала Людмила.

– Да, мы не успели оговорить цену, – встрепенулся Ефим, перебивая начавшийся разговор.

– Люди вы, судя по всему, небогатые, так что не волнуйтесь, много не возьму.

Лошадь тронулась, телега загромыхала по булыжникам.

– Издалека? – поинтересовался мужчина.

– С Урала, со Свердловска, – отвечала Люся.

– Ух, откуда к нам занесло.

Вроде не военные. Стало быть, по собственной воле, – рассуждал он. – Здесь климат так себе. Раньше кругом были болота, да и город находится в котловане. Пока завод не особенно дымит, жить можно. Но если запустят на полную мощь, дышать нечем будет.

Людмила вопросительно посмотрела на Ефима.

– Впрочем, что будет лет через пять, самому Богу неизвестно, – и затем, как бы, спохватясь, вставил: – А зовут меня Кузьмич.

– Ефим, – отрекомендовался мужчина.