А жизнь всего одна, или Кухарки за рулем

Многие школьники, воспитанные на почве послевоенного антисемитизма, считали, что еврейским ребятам она ставит завышенные оценки.

В 1952 году, когда в стране начался процесс врачей-евреев, Сергей совершил какой-то неблаговидный поступок. Она оставила его после уроков и начала свою беседу со слов: «В стране такое творится, ты не понимаешь, что делаешь…»

Только тогда Сергей понял, что она еврейка.

Но, бесспорно, обладая более обширными знаниями, чем Лидия Игнатьевна, Евгения Львовна не обладала ее воспитательным чутьем.

Лишь самые даровитые ребята чувствовали, что к своим ученикам она относилась как к взрослым людям. Далеко не все понимали, что ее симпатию можно завоевать не дословным пересказом страниц учебника, а гражданской позицией. Кто это понял, получал отличные оценки по литературе. Кто не понимал, считал, что у нее есть любимчики.

Как-то Сереже досталось стихотворение А.С.Пушкина, посвященное декабристам. Как обычно, Сережа прочитал его с пафосом:

«Во глубине сибирских руд

Храните гордое терпенье.

Не пропадет ваш скорбный труд

И дум высокое стремленье…»

В отличие от Лидии Игнатьевны, Евгению Львовну не вдохновило чтение Сергея. Имея бесспорно более высокий интеллектуальный уровень, она понимала, что, обладая зычным голосом и темпераментом, Сергей не владеет техникой чтения. Но на этот раз произошло то, чего он не ожидал. Она поставила ему «отлично», а затем, как бы, спохватясь, спросила:

– А тебе, Сережа, симпатичны декабристы? Сережа сказал то, что вызвало смех всего класса:

– Они, к сожалению, не обладали решительностью большевиков.

Но, к удивлению учеников, Евгения Львовна не улыбнулась, как делала, когда слышала глупость.

– Значит, ты считаешь восстание декабристов ошибкой?

– Если рассматривать сам факт вывода войск на Сенатскую площадь, то, с точки зрения здравого смысла, бесспорно. А если рассматривать с точки зрения влияния на перспективу борьбы с абсолютизмом в России, это восстание показало, что в России есть силы, которые, будучи не согласны с правящим режимом, готовы бороться с ним, пожертвовав даже жизнью.

Евгения Львовна отправила Сережу на место и перешла к рассмотрению новой темы. И, когда приступили к изучению Лермонтова, читать стихотворение «На смерть поэта» вызвала Сережу. Тот, захлопнув томик с текстом стихотворения, стал читать его по памяти. Евгения Львовна была явно удивлена. Она считала Сергея, чуть ли не первым лодырем в классе, а тут, оказывается, что он идет впереди программы.