А жизнь всего одна, или Кухарки за рулем

Когда к турнику подошел последний из строя, Федоров, который едва достигал в росте полутора метров, проверяющий, шутя, спросил:

– Может, начнешь сразу с «солнышка»?

Федоров, нисколько не смутившись, выполнил это упражнение.

– Кто тебя этому научил? – поинтересовался один из проверяющих.

– Младший сержант Ицкович, – последовал ответ.

– Как это может быть? – удивился полковник. – Твой сержант выполнил обязательное упражнение на «удовлетворительно».

– У него рука болит, – ответил Федоров.

Остальные упражнения на брусьях и коне Сергей выполнил на «отлично», как и все курсанты его отделения.

«Делай только то, что твои подчиненные не могут сделать лучше», – этим принципом Сергей руководствовался на протяжении всей своей дальнейшей трудовой деятельности.

И проверяющие, и офицеры части были удовлетворены результатами проверки. Недоволен был лишь старшина роты. Этот «француз», как он за глаза называл Сергея, опять обманул его: его нацмены и малыши оказались лучшими курсантами.

Вскоре старшине представилась возможность отомстить Сергею. Двадцать третьего июля, в день рождения матери, Сергей решил порадовать ее своим приездом.

Несмотря на строгие армейские законы в отношении самовольщиков, Сереже удавалось на длительное время безнаказанно покидать часть. Последнее время он установил связь со студентами финансового техникума города Звенигорода, девушки которого несколько раз приходили к ним в часть на вечера танцев.

Оставив вместо себя Дроздова, рассказав ему, куда он едет, Сергей рано утром покинул часть. Через два дня он вернулся.

– Где вы были? – набросился на него старшина роты.

Сергей ответил то же, что отвечал Дроздов на вопросы старшины.

– Я обошел все эти места, но вас не нашел, – сказал старшина, затем миролюбиво заметил: – У вас круговая порука. Чем ты балуешь своих ребят, что они горою стоят за тебя? Ладно, сдаюсь.

У наивного Сергея хватило ума сказать правду лишь частично. Ведь за два часа самоволки уже судили.

– Девушка приезжала, и я часок провел с ней в лесу.

Через час капитан роты объявил Сергею за самовольную отлучку пять суток гауптвахты. В части, как правило, сержантов на гауптвахту не сажали. Вначале их разжаловали.