Цирроз совести (сборник)

Подобные опыты были продолжены, и один эксперимент по оплодотворению яйцеклетки замороженным семенем фюрера был успешно проведён совсем недавно. Родившаяся девочка успешно была записана как родная в одну семью священника, где сейчас и воспитывается. Она очень похожа на биологического отца. И имя ей дали соответствующее: Ангела-Доротея. Возможно, Курт, вы о ней ещё услышите. Но дело не в этом.

– А в чём же?

– Дело даже не в том, что у фюрера есть и законнорожденный сын. Его зовут Вернер Шмедт. Он в пятьдесят первом эмигрировал в Америку, и до сих пор спокойно там живёт.

– Его мать – племянница Гитлера?

– Да, Курт! Его мать Гели Раубаль, его племянница.

– Кстати, а что с ней?

– Вот сейчас ваш вопрос кстати! Её Адольф застрелил из ревности. Но это не важно!

– Так, а что же тогда важно, Генрих?

– А важно то, что у Адольфа Гитлера есть ещё один сын! Ему уже, скажем так, за пятьдесят. Живёт он недалеко отсюда. Так вот он даже не догадывается о том, кто его отец.

– И что? Вы хотите, чтобы я ему об этом сообщил? Не думаю, что это хорошая идея!

– Такое впечатлении, что вы куда-то торопитесь! Я могу сейчас пойти спать, а вы будете всю ночь ворочаться и думать о том, что я вам недоговорил.

Вы этого хотите?

– Извините меня, Генрих! Просто не терпится всё поскорее узнать.

– Потерпите. Немного осталось! Так вот, в молодости у Гитлера был роман с Хильдой Локамп. Она родила мальчика и тщательно скрывала кто его отец. Гитлер навёл справки и внимательно изучил фото мальчика.

Под давлением неопровержимых фактов она созналась, что отец – он! Гитлер, когда мы виделись с ним в последний раз, взял с меня обещание, что я позабочусь о его сыне и внуке.

– И что я должен сделать?

– Устроить их судьбу так, чтобы они ни в чём не нуждался. Незаметно, конечно. Согласитесь, что вам это сделать будет легче, чем мне.

– Я думаю – да!

– Я дам вам денег, а вы всё устроите!

– Хорошо! Это в обмен на свободу?

– В обмен на свободу и полное молчание!

– Я даю слово! Этого достаточно?

– Да! Если вы его нарушите, то Гитлер вам этого не простит!

– Вы хотели сказать: Мюллер не простит!

– Я редко заговариваюсь, Курт! Гитлер вам не простит!

– Но Гитлер мёртв!

– Я тоже так думал.

Но когда с доверенных мне счетов партийных денег в последнее время стали регулярно снимать приличные суммы, то я перестал быть таким уверенным.

– Деньги могут снять и без Гитлера!

– Деньги может снять только я, Борман и Гитлер.