Крупицы золота в тумане

Но он так же и не ждал, что всё окажется так просто. Его всего-навсего не заметили, приняли за вещи и всё тут.

– Я из Бостона, – рассказывал Генри, – досадно, конечно, что всех, с кем я ехал, настигло такое несчастье. А проводник наш хвастался, что знает особую технологию добычи золота, даже чертежи показывал какие-то, поэтому мы все вносили по триста долларов. Жаль, что он уже ни с кем не поделится. Хотя не знаю, может, он просто дурачил нас.

Генри понадобился всего один вечер, чтобы со всеми перезнакомиться.

Уже на следующий день всех не покидало ощущение, будто Генри едет с ними прямо из Индепенденса. Лишь изредка кто-нибудь упоминал, что только со вчерашнего дня он к ним присоединился.

– Да, вот же везение, – говорил Тод, – и жив остался после нападения индейцев, и другую группу встретил!

Внимание всех было приковано к Генри, он стал точно новым учеником в школе, которого только то, что он новенький, делает самым уникальным человеком в классе.

И никто, наверное, не вспомнил за это время о Томе и Ричарде, только Фрэнк всё так же заходил утром к ним в фургоны и через полчаса выходил за завтраком.

– А куда это Фрэнк ходит? – поинтересовался как-то Генри.

– А, так это он за больными ухаживает, – ответил ему Тод, – у нас два человека заболело.

Фрэнк так же, на первый взгляд, не выражал никого беспокойства по поводу состояния больных. Но в одну ночь всех разбудили громкие стоны, раздававшиеся из фургона, где лежал Том.

– Что такое? – ничего не понимая, спрашивал Марк.

– Что-то с Томом случилось, – отвечали ему.

Фрэнк исчез в фургоне больного на минут сорок, а когда вышел оттуда, то изменился до неузнаваемости. Не было более того спокойствия в его взгляде, пропало у него ощущение, что всё под контролем.

– Всё… очень плохо, – изрёк он.

Фрэнк понял, что не имело смысла больше вселять во всех ложную надежду, пришло время сказать правду.

Глава 7. Смерть, бродящая по пустыне

Всё меньше деревьев попадалось по пути, их сменили кактусы. Колючие охранники пустыни, преданные своей хозяйке, природе, послушно отдавали ей свой долг. Казалось, всё в округе какое-то неживое, что всё уснуло. Только ветер не спал, он постоянно играл со своей излюбленной игрушкой – перекати-поле.