Капуста при свете Луны

– Уф! – облегчённо вздохнула Ольга. – Всё—таки дозвонилась! Как доехал?

– Нормально. Почто звонишь? Вечер отменяется?

– Я тебе отменю! И думать не смей! – прикрикнула Ольга. – Слушай, Валь… твой телефон не прослушивается?

Валентин фыркнул.

– А твой?

– Ну, я не знаю… Валька, я серьёзно!

– И я не знаю. Хочешь открыть мне государственную тайну?

– Да никакую не тайну, просто я… Валь, мне нужны твои бандиты.

После небольшой паузы Валентин вздохнул.

– У меня что-то со слухом. Повтори, пожалуйста.

– Ну, милый, ну я тебя прошу!

– Душа моя, – в голосе Валентина прозвучало раздражение, – у меня полно работы. Если хочешь, чтобы я освободился к восьми…

– Меня обидели, Валь! Очень обидели! – Ольга всхлипнула, кося взглядом в зеркало. – Полгода сволочь долг не отдаёт! А когда я напоминаю… когда напоминаю… – ей удалось всё же сдержать рыдания, – начинает грозить, я же ещё и сука! Скажи, я обязана это терпеть?!

– Ну ладно, ладно, – пробормотал Валентин. – Сколько он тебе должен?

– Больше трёх штук, сволочь такая!

– Расписка есть?

– А как же! Дашь мне Володю?

Валентин помолчал.

– Не нравится мне это, понимаешь! – в досаде воскликнул он. – Не хочу, чтобы ты в это лезла!

– Так что же мне, деньги свои дарить?! – крикнула Ольга со слезой в голосе. – Я одолжила по-дружески, а теперь… Так не честно!

Валентин вздохнул.

– Ты знаешь, они берут пятьдесят процентов.

– Сколько, сколько?! – изумилась Ольга.

– Как это? Объясни.

– Проще пареной репы: зайдём. Припугнём и уйдём. За триста баксов, нормально?

– Ладно, попробую. Всё?

– Спасибо, лапа. Дашь телефон Володи?

– Он сам с тобой свяжется. Всё, до вечера. – Валентин положил трубку.

Схватив сумочку, Ольга пулей вылетела из квартиры. Время двигалось к пяти, жара медленно спадала, и Ольга, красиво двигая бёдрами, торопилась к метро. Она тихонько напевала, и её короткая синяя юбочка трепыхалась от ветерка.

Она опоздала на двенадцать минут. Андрей Петрович всем своим видом выражал негодование. Выглядело это так: невысокий пожилой джентльмен с абсолютно седой шевелюрой взад—вперёд прохаживался у подъезда, нервно поглядывая на часы.

– Не извольте гневаться, – ослепительно улыбнулась Ольга. – Всего пара минут.

– Дело принципа, Оля, – проскрипел Андрей Петрович. – Вы сами сказали: без опозданий.