Капуста при свете Луны

– Ничего, отредактируешь, – обронил Валентин, не глядя в его сторону. Он преданно смотрел арабу в глаза. – Если тебе, душа моя, так приспичило стать у нас домовладельцем, значит, ты считаешь, что дело того стоит. Ты почему—то не боишься, что правительство, придумав идиотскую причину, прикроет твой сверхприбыльный бизнес. Тебя смущает лишь отсутствие частной собственности на землю. Не смешите меня, сэр.

– Вот именно, – буркнула Ольга. – Умница.

Тофик пристально посмотрел на Валентина.

– Продолжайте, – сказал он.

Валентин глубокомысленно сморщил лоб.

– Городские власти, в принципе, заинтересованы в привлечении капиталов и, конечно же, постараются с вами не конфликтовать. Вам, Тофик, остаётся лишь оценить ожидаемую прибыль и возможные потери в случае, если вас всё же надуют. Какие у него там сроки аренды? – обратился он к Ольге.

– Сорок девять лет с правом выкупа. – Ольга положила на стол шкурку от дыни.

– Ну, благодарить-то ему не за что, – перебил Валентин и вновь обратился к Тофику: – Иными словами, вам нужно оценить, за какой срок, если дела пойдут нормально, ваш особняк себя окупит. Думаю, пятьдесят лет ждать не придётся.

Тофик возвёл глаза к потолку.

– Если дела пойдут нормально! Кто может это знать, кроме Аллаха?

Араб продолжал ещё говорить, но переводчик вдруг примолк и встал со стула.

– Айм сори, Тофик.

– О йес! – воскликнул Тофик, продолжая, однако, сидеть. Он вновь протянул Ольге ломтик дыни. Ольга отрицательно качнула головой. Тофик заговорил, и Константин, со вздохом присев на краешек стула, вынужден был переводить:

– По вашим условиям, если не ошибаюсь, я должен заплатить полтора миллиона долларов плюс двести тысяч наличкой, и ремонт за мой счёт. Правильно?

– Не совсем, – потупилась Ольга. – Условия немного изменились.

Тофик рассмеялся, что-то пробормотал и положил в рот виноградину.

– Он говорит, – перевёл с усмешкой Константин, – что слышал о нашей инфляции, но даже не представлял её темпов.

Ольга виновато развела руками.

– Айм сори.

Тофик что-то произнёс по—арабски, и телохранитель, выронив журнал, метнулся на кухню. Переводчик вновь постучал по своим часам.