Витая в облаках. Лирический дневник

и всё же – как она красива!

летит, как фея на коне,

и очистительная сила

в метельном чудится огне…

в полях безлюдных

но где же праздник вдохновенья

среди руси священных рощ

и глаз просохших удивленья?

всё-всё ушло куда-то прочь.

брожу один в полях безлюдных

как призрак самого себя,

лишь пустота очей безумных

в ответ на вызов ноября.

уж улетели гуси-утки,

а снег спасенья не спешит,

и всё темней и глуше сутки,

и в горле горечью першит,

и даже ветру не поётся…

чего ж мне, грешному, желать?

не каждый день судьбой даётся

осенней грусти благодать…

не вник в дневник

пропали дни! их место в дневнике

зияет мне зловещей пустотой,

дрожит листок нетронутый в руке

и жалуется с детской простотой

пропали дни: единой запятой

мне не представил друг бумажный мой,

растоптаны они безвременья пятой

и не вернутся с кем-нибудь домой

что мыслил я в минуты жизни те,

о чём мечтал, к чему стремился я,

какой чужой сочувствовал беде,

зачем летел душою до саян?

а может, я отдал свои часы

благим раздумьям сына об отце?

бог весть, скажу, небесные косцы,

мы все узнаем истину в конце

да как же так

да как же так? цвела сирень

и снег черёмуховый веял,

а нынче вьюга целый день,

и в ней гуляет злая фея…

надели шапки все столбы

и разлеглись вокруг сугробы;

под ними, видимо, гробы,

а в них – уснувшие утробы.

неужто был зелёным двор,

и соловей свистал как леший?!

у нас был мирный договор,

как с толстяками у олеши.

а нынче только хлад и мраз,

да завыванья в стёклах окон…

но, впрочем, уж не первый раз

седеет в страхе нежный локон.

затопим печь, и пусть огонь

расскажет нам благую сказку —

как прилетал крылатый конь,

спасая деву-синеглазку…

    12.11.16, дер. твердякино,

    гостевой дом «нилова пристань»

холодный день

день холодный, и страшный, как глина

у разверстой могилы твоей…

я пытаюсь писать, но всё мимо,

всё впустую, жалей – не жалей.

разгорается свет неохотно,

ветр осенний скребётся в щелях,

а когда-то здесь было дородно,

словно деткам в заветных яслях.

по-над озером серые тучи,

и на сердце – то жалость, то страх,

что не будет ни хуже, ни лучше,

ибо всё превращается в прах,

а живой и спасающей веры

очень мало осталось с тех пор

как смеялись, бывало, без меры

и о главном вели разговор…

    дер.