Прощать любимым. Роман, основанный на реальных событиях

Она несколько минут крутилась у зеркала, не переставая удивляться, – надо же, шесть лет прошло, когда я надевала его последний раз, а он остался таким же свежим и красивым!

Искусно уложив светло-русые волосы на точеной голове, она внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале, провела пальцами по крылообразным бровям, «– Ну, что, Мария», – сказала она своему отражению: – Я готова понести наказание, сейчас придет участковый и наденет на меня наручники. – Так и случилось, буквально через минуту дверь в комнату отворилась, она оглянулась.

На пороге стоял участковый, он был высокого роста, бледный и немного обрюзгший, было видно, как годы изменили его. На его большой голове надета форменная фуражка, из-за чего по телу Марии пробежали холодные мурашки.

– Ну, здравствуй, Мария! – сказал он, как строгий учитель виноватому ученику.

– Здравствуйте, Николай Семенович, – спокойно ответила она.

– Мария, ты догадываешься, зачем я пришел к тебе?

– Догадываюсь, – так же спокойно ответила она.

– Ну, вот и хорошо, не придется долго объяснять! На тебя, Мария, написали жалобу, и предъявляют очень серьезное обвинение. Покушение на убийство, серьезная статья, лет пять тюрьмы!

– Пять лет? – изумленно выкрикнула она, – за то, что хотела попугать?

– Да, Мария, факт есть факт! Замахнулась или ударила, дядьке прокурору все равно, напугать ты хотела, или убить! Общим, собирайся, пойдем в участок на допрос. Возьми с собой необходимые теплые вещи, думаю, домой тебя уже не отпустят, а в участке прохладно!

– Я готова, Николай Семенович, а вещи мне не пригодятся.

Участковый посмотрел на нее черными влажными глазами, – ты очень красива, Мария! Думаю, прокурор смягчит твою вину, только не говори лишнего.

– Николай Семенович, а я и не виновата! Все произошло случайно!

Участковый знал ее еще с пеленок, и посмотрел на нее, как на свою дочь заботливо и грустно. Затем тихо спросил: – Дочь твоя с бабушкой останется, если ты домой не вернешься?

– Почему не вернусь? Обязательно вернусь! – с уверенностью сказала она.

– Может, быть, Мария, а за дочь я спросил потому, что во время суда может, решаться вопрос об ее определении в детский приют!

– Неужели меня судить будут?

– Кто знает! – он, приподнял плечи, и тяжело вздохнул.

Серо-зеленые глаза Марии налились слезами и по ее бархатисто-белым щекам скатились слезы, – если не вернусь… дочка будет у мамы, – грустно ответила она.

Глава 31.