Счастья не бывает много. Сборник

Между мазанкой и дувалом оказался узкий, ухоженный проход. В землю набит речной булыжник. Вдоль натянуты верёвки, похоже, для сушки выстиранного белья. Дувал и стену мазанки здесь вымазали до идеальной гладкости, как для жилья.

– Ещё одна тайна Ниязи, – присвистнул Константин.

Женщина поставила по центру табуретку и указала на неё. Под табуретку ногой задвинула кружку, чёрную от сажи.

– Зачем это? – садясь, поинтересовался Константин, с интересом наблюдая за действиями женщины.

Женщина молча достала механическую машинку для стрижки.

– Ну, да, откуда взяться парикмахерская. Что в кружке?

– Гас, – тихо ответила женщина.

– Что это такое? – удивился Константин, поднял кружку и понюхал. – Солярка, что ли?

– По-вашему, керосин.

– Это ещё зачем?

Разговор прервала пришедшая девочка с тазом и сложенной махровой простынёй. Она собралась посмотреть, но женщина грубовато отослала её:

– Принеси воду. Сними рубашку и садись, – обратилась она уже к Константину.

– Двадцатый век! – воскликнул Константин, подчиняясь.

Девочка быстро вернулась с большой кастрюлей горячей воды. Она попыталась остаться, но женщина что-то сказала по-узбекски и та, надув губы, убежала. Напоследок выглянула из-за угла и скривила рожу. Константин рассмеялся.

Женщина стригла профессионально. Волосы прядями падали на брусчатку. Особенно больно было, когда она стригла затылок. На затылке уже образовались раны. Машинка то и дело разрывала очередную ранку, начинала сочиться кровь, и женщина обтирала её тряпочкой, смоченной в керосине.

– Тихо, тихо, – крепко схватил её за руку Константин. – Щиплет. Ты мне хочешь голову сжечь?

– Наклонись, – мягко попросила она.

Запахло шампунем.

– Надо же! В этом мире есть ещё и шампунь, – иронично пропел Константин, склонившись над тазом. – Какое соседство – замок из каменного века, машинка допотопная, керосин, ракета, шампунь, вши… – Константин пристально посмотрел на женщину и тише добавил: – И красивая женщина на краю света.

Константин помыл голову и обмылся по пояс. Женщина помогала, обливая мужчину из фарфорового кувшина. Она ловко обернула махровую простыню вокруг его тела, а он не спеша обтирался, так и стоя замотанным.