Непонятое чудовище

На момент совершения убийства Захар уезжал за пределы города, и его фургон появился в поле зрения камер лишь в тот момент, когда приехал в коровник незадолго до появления бригады, следовательно, его причастность к этому делу сразу отмели, и папка с показаниями без особого интереса стала мертвым грузом. В остальных документах из прошлого не было смысла и копаться. Лампы же в коровнике были приобретены для мер обеззараживания инфекционных болезней от предыдущих животных. Законом это не запрещено, и Захара вскоре отпустили.

Водитель такси, подвозивший убитого в тот вечер, также оказался непричастен, но его неевропейское происхождение явно что-то скрывало. Мужчина нервничал, потел, часто протирал свои залысины платком, что тут же покрывались вновь заметным блеском. Его лицо выражало негодование, страх по причине полного непонимания происходящего. Как бы он ни старался эмоционально обороняться, сама лишь атмосфера нагоняла на него чувство вины за его жалкое существование перед буквой закона.

Младший инспектор Аристарх, перенявший полномочия старшего по званию за отсутствием Ламберта, держался уверенно и напористо, во что бы то ни стало выбивая из бедолаги все до последней капли его ничтожного достоинства.

– Ну так что, товарищ Букеревич, – произнес Аристарх по слогам его фамилию, как бы пытая его тем самым еще больше. – Будем признаваться или же…

– Послушайте, я все сказал: привез, высадил и уехал. Все как обычно, – голос дрожал в жалостливой тональности. – Больше я ничего не знаю, – мужчина пожал плечами, надеясь, что это хоть как-то поможет ему быть более убедительным.

Его тело скрючилось, а влажные ладони были зажаты меж коленей. Аристарх сидел напротив него за столом и, сложив руки в замок, обдумывал более удачные маневры действий. Ему нужна была хоть одна весомая подсказка, чтобы дело дало ход именно благодаря ему.

– Вспоминай! – прикрикнул Аристарх и ударил по столу так, что бедолага вздрогнул.

– Мамой клянусь, я ничего не знаю, – завопил тонким голосом таксист и судорожно задрожал.

 – Я приехал, высадил, он заплатил наличными, оставил щедрую сдачу, – подозреваемый блуждал глазами, вспоминая последовательность происходящего.

– Что потом?

– Потом я уехал.

– Сколько было на часах?

– Не знаю, может, около часа или двух.

В кабинет вошел Ламберт и привычно сел за свое место, скидывая куртку на спинку стула.

Аристарх не ожидал такого скорого появления Ламберта в отделе.