Пора влюбленности

 – Вот эту икроножную мышцу? У кого ты еще видела такую икроножную мышцу?

– Вообще-то… – я равнодушно пожала плечами. – У меня нет привычки оценивать мужчин по их икроножным мышцам.

Увы. В сексе он был не столь великолепен. Его манеру можно было бы назвать: «скачки на опережение». Причем он всегда старался прийти к финишу первым, словно ему за это сунут в зубы сладкую морковку. Короче, это был тот самый случай, когда количество никак не хотело перерастать в качество.

– Ну почему красивый мужчина настолько безнадежен как любовник?

Я сидела за столиком в маленьком кафе на Пушкинской и делилась с Милой своими невеселыми впечатлениями относительно своей личной жизни.

– Неужели одно с другим настолько несовместимо? Почему красивый мужчина должен быть непременно глуп, как самая распоследняя завалявшаяся пробка, и бездарен в постели? Вот он стоит перед тобой: тело, словно вылепленное руками мастера, каждая черточка его лица настолько совершенна, что я ловлю себя на мысли, что завидую этому непроходимому эгоисту, когда с утра с трудом привожу себя в порядок.

– Дорогая, – Мила смотрела на меня, как на слабоумную, – ты хочешь от мужчины слишком многого. И чтоб красивый, и умный, и чтобы из постели по полдня не вылезал. В жизни надо уметь выбирать. Или одно, или другое.

– Выбирать… – я вдруг почувствовала себя обделенной. – А если я не хочу выбирать? Почему мужчины постоянно ставят нас в дурацкое положение?

– Потому что это мы им позволяем ставить себя во все положения, которые им заблагорассудится. Они полагают, что раз мы женщины, значит, просто обязаны быть в каком-нибудь положении.

– Кто здесь у нас в положении? – послышался до боли знакомый голос, и через мгновение около нас материализовалась Женька собственной персоной.

– Очень своевременное замечание, – огрызнулась я.

– О чем это она? – Женька перевела полный недоумения взгляд на Милу.

– О жеребце, которого ты ей подсунула, – Мила легким движением руки подозвала официанта. – Будешь есть? Вот этот милый юноша, – и она подарила молоденькому официанту одну из своих неотразимых улыбок, – рекомендует салат…. Как, дорогуша, вы его назвали?

– «Дары моря»… – официант стоял красный, как рак.