Пора влюбленности

Женька, сама того не желая, превратила собственного мужа в злого избалованного ребенка.

Спустя неделю Женька потащила меня в туристическое агентство покупать путевку в Грецию. К сожалению, надежды Александра на то, что Женька проветрит мозги, обрушились, не успели мы сойти с трапа самолета. Женька не только не проветрила свои извилины, но и под завязку забила мои.

Ни знойные красавцы «аборигены», ни чистое море, ни яркое солнце были не в состоянии составить достойную конкуренцию одному-единственному мужчине, которому выпала судьба стать Женькиным мужем.

Женька страдала. Ей мерещились картины одна страшней другой. То ее ненаглядный изменяет ей с другой, то попадает в автокатастрофу, то одно и другое одновременно. Она как заведенная бегала к телефону-автомату и, набирая заветный номер, мысленно просила судьбу не читать ее мысли. На пятый день беспрерывной беготни между отелем-пляжем-телефоном-пляжем-отелем, Женька все же умудрилась познакомиться с мужчиной.

Петер был местным жителем, проводящим отпуск в одиночестве, так как греки не ездят в Афины со своей колонной, как русские в Тулу со своим самоваром.

После двух-трех настойчивых звонков в наш номер Петер вырвал у Женьки обещание встретиться с ним вечером в неформальной обстановке, то есть на пляже.

– Может, ты пойдешь вместо меня? – Женька без настроения теребила разложенную перед собой косметику. – А я пока сбегаю позвонить….

– Нет уж! – отрезала я решительным тоном. – Мне надоело поддерживать в тебе азарт безумного телефониста.

Иди и наслаждайся. Знаешь, южный закат, волны, все это как нельзя кстати для твоих больных нервов. Глядишь, и успокоишься.

– Как ты не понимаешь? – Женька решила выложить свой главный козырь. – Ведь если я встречусь с этим красавцем, то это будет почти изменой!

В итоге из всех достопримечательностей в Греции мне больше всего запомнилась телефонная будка, из которой Женька не вылезала часами, тщетно пробуя дозвониться своему ненаглядному.

Позже выяснилось, что где-то между Берлином и Минском у Александра разгорелся такой роман с этой Еленой, что вместо трех дней, отведенных по плану на обратный путь, эта страстная парочка мастерски уложилась в пять, причем понятие «уложилась» я употребляю здесь в известном смысле.

Самое интересное, что Александр в своей безнаказанности дошел до откровенного хамства. Оказалось, что он вовсе не считал нужным скрывать, что пять дней подряд испытывал ходовые характеристики Елены, а не свеже-приобретенной иномарки.