Пора влюбленности

Я решила действовать напролом. Раскрыв записную книжку и найдя телефон Макса, я без колебаний набрала его номер и поставила вопрос ребром:

– Где ты был во вторник в восемь часов вечера?

Макс не сразу понял, кто свалился с утра пораньше на его голову да еще с таким идиотским вопросом.

– Кто это? – у Макса был сонный голос.

Но мне было все равно.

– Кто, кто… Валерия. Уже стал забывать старых подруг?

На другом конце линии послышался характерный звук. Макс сладко потягивался.

– Как же…. Забудешь тебя.

Надо сказать, что я действительно обошлась с Максом не самым лучшим образом. Он был настолько самонадеян, что утомил меня своей персоной уже на четырнадцатом свидании. На пятнадцатое я так и не пошла, а когда он позвонил мне домой выяснить отношения, я была не склонна долго объяснять, почему я с ним расстаюсь. Правда, он попытался надавить на мою «ахиллесову пяту», на жалость, и заныл в трубку, что выбросится из окна, на что я справедливо заметила, что его зад в него не пролезет.

– Так что ты делал во вторник в восемь часов вечера? – не унималась я.

Макс хмыкнул и гордо произнес:

– Был в «Метелице» с очаровательной блондиночкой.

Я сразу поняла, что он врет, поскольку блондинки Макса на дух не переносили.

– Ты что, поменял ориентацию?

– Это еще зачем?

– Затем, что, только поменяв ориентацию, у тебя появился бы шанс уговорить ее посидеть с тобой рядом часок-другой.

– Вот и нет. Она сама предложила провести с ней время.

– Мысленно снимаю шляпу перед этой мужественной особой, – я на секунду представила, как они, должно быть, дополняли друг друга в этот незабываемый вечер! Сладкий пухленький Макс в вечно потертых джинсах, с трехдневной щетиной на круглой физиономии и с торчащими во все стороны жидкими волосешками, и она, ухоженная дамочка с французским маникюром в каком-нибудь стильном прикиде.

Сказка о красавице и толстом чудовище, у которого ко всем его недостаткам еще и рот не закрывается, потому что это чудовище все время что-нибудь да жрет.

– Она только что от меня ушла, – Макс хрюкнул от удовольствия. – Ты знаешь, на ощупь очень даже ничего. Немного костлява, но сейчас они все такие, словно их специально вымачивают перед тем, как использовать по назначению.

– Какой ты все-таки грубиян, – я не выдержала и расхохоталась.