Бесконечная игра. Еще один шанс

– Это ребенок Абсолема, – осторожно, почти шепотом сказала Алиса, прикрываясь именем Абсолема, как щитом.

– Всем известно, что Ричард – ребенок Руслана, – произнес старик.

«Кому это всем?» – Алисе стало страшно. Старик точно из «темных». И они здесь вдвоем на крыше… А если…?

– Не бойтесь, юная леди. Я не буду делать то, о чем вы подумали. Падение с крыши – очень неэстетичная смерть. Мы посмотрим на море и спокойно спустимся вниз.

– Вы знаете о чем я думаю? – в ужасе спросила Алиса.

– Нет. Всех мыслей конечно я не знаю.

– И чего же я боюсь? – хотелось быть храброй.

– Падения Вы не боитесь. Вы легко представили себе это. Это не интересно. Вы боитесь того, что больше нет Абсолема, и даже имя его лишилось силы. Не надо выстраивать защиты и стены. Я не хочу причинять Вам вреда.

Можно сказать, что Алисе стало плохо. Названный страх это уже не такой страшный страх, но чувствовать себя без защиты… Она легла на бетон, подпорченный временем и посмотрела на небо.

Небо без края… Небо без дна. Алиса медленно вдыхала это небо и страх ушел. Старик стоял неподалеку молча и смотрел на южные горы.

– Думаю, юная леди, Вам лучше не допускать переохлаждения в Вашем состоянии, – поверхность плиты и правда была холодной. Алиса поднялась. Сбежать не удастся. Они на крыше, вдвоем. Конечно, можно предположить, что она проворнее и ловчее странного старика, но можно и ошибиться. Не слишком то он устал, забираясь сюда. И почему было не послушать Руслана?

Раздался телефонный звонок, она взяла трубку, это как раз Руслан и был.

– Доброе утро, Алиса. Ты гуляешь? Все в порядке?

– Да, я скоро уже приду, – ответила она и посмотрела в глаза своему спутнику, ища подтверждения. Он кивнул.

– Приходи пожалуйста, я за тебя волнуюсь.

– Скоро, – и она положила трубку. Сама подумала «ты лучше молись за меня».

От земли её отделяют семнадцать лестничных пролетов и одна приставная лесенка. Или секунды свободного падения.

– Зачем ты думаешь о смерти, Алиса? – спросил старик, – поцелуй меня, и мы спустимся.

Она замерла. Смотрела вдаль, оценивая свои силы и перспективы.

– Это пошло и низко, говорить такое.

– Я знаю, я плохо пошутил.

– Действительно плохо.

– Я понимаю, что я стар и уже никому не приятен, – грустно сказал старик, —принуждать юную леди – это плохо. Пойдемте, а то Ваш друг и вправду начнет волноваться, искать Вас примется.

Алиса медленно сделала несколько шагов к лестницам.