Маскарад

Когда же губернатор был без маски, его фигура всегда находилась в затемнении. Для этого прислуга намеренно выключала часть ламп в кабинете. Но тем не менее некоторые из тех, кто был у него на приеме все же поговаривали, что это седой, пожилой и очень сутулый мужчина лет пятидесяти пяти с желтыми от частого курения трубки зубами. Многие задавались вопросом о настоящем имени губернатора, ведь на его двери красовалась табличка «градоначальник и достопочтенный раб своего народа». Таким образом, не называя ни имени, ни своей фамилии губернатор был по-настоящему скользкой фигурой в городе.

Но, чтобы более не томить читателя, вернёмся к странному, на первый взгляд, юноше, который посетил губернатора.

– Что тебе надо? – спросил губернатор молодого человека, продолжавшего рассматривать кабинет и даже чуть прохаживаться по нему.

– На днях вы приказали посадить в тюрьму двух молодых аспирантов – моих товарищей…

– Они без письменного разрешения устроили митинг около моей резиденции – перебил юношу губернатор и подал сигнал человеку, стоящему сзади него. Через минуту в его рту дымилась изящная небольшая трубка и от этого маска «Величие» сидела на губернаторе ещё органичнее и таинственнее.

– Так вот – продолжил юноша – мои товарищи борются за свободный город!

– Свободный от кого?

– От власти, которая порабощает народ.

– Ох, молодой человек. Дерзким быть – это, конечно, неплохо для молодого и неопытного в подобных делах парня. Я сам был таким когда-то. Но не забывай, что ты делаешь, а, самое главное, перед кем ты говоришь такие слова. И почему ты снял маску «Грусти»? Ведь твои дружки как раз в таком положении, когда за них стоит возносить молитвы к небесам и просить их, чтобы я смилостивился.

– Последнее, что я буду делать, так это простить у Вас одолжения, достопочтеннейший диктатор!

– Ах так! – вскрикнул губернатор, со злобой бросая трубку об пол. – В таком случае, молодой человек, я вынужден приказать, чтобы вас арестовали, и немедленно.

Пока на полу догорали угольки табачной смеси, двое стражников под руки вывели юношу. Они не слушали, как он с жаром произносил речь, ставшую бы великой, но в другой Вселенной и при других обстоятельствах.