Римская болезнь. Поэма. Часть 2. Эвристики. Порабощение (без нарушений современного УК)

Так, например, друзья его пытались растолкать,

Принудить в гулянии очередном участие принять,

А Штольц уж смог уговорить

Героя нашего хоть временами в высшем свете быть —

В жизнь столичную Обломов попытался влиться,

Но жизнь его, увы, на время лишь смогла перемениться…

Илья Ильич постиг всю тщетность тратимых усилий,

Всю свою далёкость от знати нашей просвещённой,

Что в Обломова глазах активностью своей предстала

Извращённой,

И дабы эта жажда жизни его до смерти уж не измотала,

Дабы над плотью своей дряблой избежать намеченных насилий,

Илья Ильич, как он привык, на изношенный собой диван улёгся,

А там он искренне увлёкся

Сном —

Не потому, что вдруг устал, —

В целом, об ином

За свою жизнь Обломов боле не мечтал.

***

Но вдруг Илья Ильич влюбился

И невероятно изменился:

Уже с дивана по утрам он начал подниматься,

Стал хоть сколь-нибудь писать,

Хоть понемногу стал читать,

Да вокруг происходящим Илья Ильич стал интересоваться.

Знакомые не могут переменой этой надивиться —

Сдвинулся Обломов с места! —

Но жизнь его, увы, на время лишь смогла перемениться…

Обломовщина, коей давеча эта перемена была вместо,

Опять нагрянула к нему,

Понять не сложно почему:

С дачи в город переезд

Недолгое развитие Обломова изъест.

С жизнью он бороться не умел,

Не умел имением хоть малость управлять,

Мошенников не в силах был разоблачать,

Ведь проблемы разрешать по природе был не смел.

В квартире новой жить Обломову пришлось,

И – всё отчётливей он это понимал —

В квартире этой вдруг нашлось

То самое, что наш герой так долго бессознательно искал:

Родной Обломовки среда,

Где в счастье мирном и покое совсем не водится нужда.

Вскоре жизнь Обломова по своему ритмическому руслу потекла,

Трудом бредящая хозяйка дома

Ежедневно ему яства всякие пекла —

Обломова опутала бессрочная истома.

***

Пару лет спустя к нему явился

Старый друг,

Нашёл его таким, каким найти боялся,

Ведь Илья Ильич ленивцем прежним и остался,

Но Штольц сему не удивился

Вдруг…

***

Выражение довольства, безмятежной тишины,

При коей вовсе не бывает дел,

А потребности простейшие с преизбытком все утолены,

Илья Ильич успех имел

В укладе жития подобного обжитии,

Границу сам поставил он в развитии

Своём,

Не мыслил боле ни о чём,

Решил, что некуда ему идти,

Что ничего затейного ему уж не найти.