Режим: «взлётный!»

Под самолётом осталась череда белых кучевых облаков. Яркое солнце освещало кабину пилотов. Теперь полётом управлял автопилот.

– Ну, вот, можно немного расслабиться, – сказал командир и посмотрел вправо.

– Какая красота! – восхищался второй пилот.

– Фаня, ты когда уже пересядешь в левое кресло?

– Если я пересяду в кресло командира воздушного судна, то уже не смогу так расслабляться и любоваться красотой полёта.

– Брось! Не придумывай, – начал уговаривать командир, – да, ответственности будет больше, но и зарплата больше.

Афанасий Игоревич задумался. Ему нравилось быть вторым пилотом.

– Я слышал от ребят, как ты на спор летал с закрытыми глазами на тренажёре, – командир улыбнулся, – ребята немного расстроились, проиграв тебе кучу денег.

– Они первые предложили. Решили меня взять «на слабо». А я, если в своих силах уверен, отчего же буду отказываться? – ответил Афанасий Игоревич.

– Это точно! Но сделать денежные ставки предложил ты.

– Если уж играть, то по-крупному, – оправдывался Афанасий Игоревич.

– В случае неудачи, ты мог бы эту сумму, подчеркну, немаленькую, проиграть им.

– Я же говорю, был уверен в своих силах, – улыбнулся Афанасий.

– Э.., темнишь ты что-то, – не поверил командир.

– Просто я уже месяца три летаю с закрытыми глазами на тренажёре. Когда есть свободное время, отрабатываю навыки до полного автоматизма.

– Ну, ты даёшь! Впрочем, если нет семьи, детей, что тебе ещё делать?

– Летать, наверное, – ответил Афанасий и пожал плечами.

– А жениться не собираешься? – осторожно спросил командир. – Ты вроде с нашей бортпроводницей Леной встречался, а тут даже от кофе отказался? Я видел, она по-прежнему на тебя смотрит влюблёнными глазами.

– Знаешь, Иваныч, я, наверное, не создан для семьи, – признался Афанасий. – Моё призвание – небо. Только тут мне по-настоящему хорошо, спокойно, радостно. Оно такое большое, безграничное.

– Да, помню. Виды у нас и правда, потрясающие, – согласился командир. – Но небо это небо, а семья – это любимые люди, родные души, которые тебя ждут и всегда рады.

– Так уж и всегда? – с недоверием спросил Афанасий.

– За всю мою семейную жизнь я не помню, чтобы мы с женой серьёзно поссорились, – начал рассказывать командир. – В шутку бывало и то ненадолго.