Героями не рождаются

Ну, конечно! Аркадий резко сел на кровати и медленно обвел глазами комнату. В окна светило солнце. Подтянув поближе к глазам электронный будильник, Аркадий несколько секунд следил за мигающим двоеточием между цифрами. Десять часов…. Десять ноль одна…. Затылок заныл сильнее, заставляя срочно принять горизонтальное положение. В мозгу вместе с болью стучала тревожная мысль: где бриллиант? Аркадий принялся шарить под подушкой. Где же он его вчера оставил? Перед глазами возникла хитрая физиономия Барсикова. Неужели все-таки спер, подлец?!

Аркадий издал мучительный стон, но тут его пальцы нащупали искомое.

Издав новый стон, но на этот раз облегчения, Аркадий вновь рухнул на подушку, крепко зажав в кулаке, завернутый в носовой платок, камень.

– Доброе утро! – пропел над ухом голос Раисы Сигизмундовны. Вслед за голосом в поле зрения показалась она сама в вечном фартуке и бигудях. – Как спалось моему красавцу?

– Ты что, издеваешься? – проворчал Аркадий, закрывая глаза ладонью. – То же…. Нашла красавца. Дай лучше какую-нибудь таблетку от головы, а то просто сдохнуть хочется, так болит….

– Видать, мозги давят, – язвительно заметил Барсиков, входя вслед за Раисой Сигизмундовной и присаживаясь на край кровати. – Может, по пивку? Средство – верняк!

Аркадий страдальчески закатил глаза.

– Мама, прошу, уведи этого типа из моей комнаты, иначе я за себя не ручаюсь…

– Василий Степанович, имейте совесть… – начала было та, но Барсиков жестом пресек ее попытку воздействовать на него острым словом.

– Нельзя иметь то, чего нету, Риска.

Но раз меня не желают здесь видеть, я пойду туда, где мне будут рады. Например, к вчерашнему Карапузу…. Я думаю, что он-то в знак благодарности не то, чтобы нальет, а еще и закусить даст.

Услышав подобное заявление, Аркадий подлетел на кровати и схватил соседа за потертый воротник рубашки.

– Шантажировать меня решил? Ну, Барсиков…..

В нос ударил запах стойкого перегара.

– Сначала штаны натяни, мачо! Уж потом угрожай.

С этими словами Барсиков пихнул Аркадия назад на подушки и гордо прошлепал на выход.

– А ну стой! – Аркадий в два прыжка настиг наглеца и прижал его к стенке. – С каких это пор ты стал таким дерзким, а?! Что это у нас сегодня – день соседского неповиновения? Или тебе вчера в голову сивуха ударила, и ты решил меня сдать этому пузану с кошельком вместо головы? Учти, Барсиков, что стоит тебе только объявиться перед его свинячьими глазками, как от тебя одно воспоминание останется. И то ненадолго.