Героями не рождаются

Аркадий приоткрыл глаза, обвел публику мутным взглядом и тихо прошелестел:

– Ничего, ничего… Я в порядке. Сейчас немножко полежу тут…

Зрители благодарно охнули. В эту минуту, Аркадий подумал, что в нем безвозвратно погиб великий трагик. Его мозг, получивший легкую встряску от удара, принялся рисовать ему красочные картины: вот он всеми покинутый король Лир, скорбно подводящий итог своей жизни, или нет, он – Гамлет! И он умирает… Всеми преданный, покинутый и непонятый…

Девушка попыталась поднять разлегшегося перед ее машиной Аркадия, но он нарочно повис всем телом у нее на руках, не давая возможности его сдвинуть и тем самым нарушить его сладкие фантазии.

– Вам нельзя здесь лежать, – блондинка обеспокоено потрогала его лоб теплой ладошкой. – Давайте я отвезу вас домой? Где вы живете?

Аркадий подарил ей бессмысленный взгляд и простонал:

– У меня есть дом?..

Девушка решительным жестом призвала одного из близстоящих зевак себе в помощники, и они вместе кое-как поставили Аркадия на ноги.

– Садитесь в машину, потом вспомните, что и где у вас есть, – почти командным голосом заявила она Аркадию и сердито оглядела толпу. – Иначе этот бесплатный цирк никогда не кончится.

Аркадий, жалобно постанывая, скорчил гримасу мученика и принялся залезать на переднее сидение.

– Ноги приберите. Не на курорте… – девушка резким движением захлопнула его дверцу и поспешила за руль.

Глаз Анаконды

Аркадий ликовал. Пусть к его помятости прибавилась еще и уличная пыль, но зато он честно заслужил свой завтрак и чашечку кофе в придачу.

Очутившись в квартирке своей новой знакомой, он сразу смекнул, что та живет одна. На это указывала и обстановка в комнатах и одинокая зубная щетка на полочке в ванной…. Пока Аркадий наслаждался горячим душем, на кухне уже закипал крепкий кофе и резались бутерброды.

Сквозь льющиеся струи воды, донесся звонок в дверь. Аркадий привычно вздрогнул, но тут же облегченно выдохнул: девушка не замужем, так что разбираться с разъяренным супругом ему сегодня не придется.

Внезапно благословенную тишину квартиры разорвал женский крик. Затем послышался топот нескольких пар ног в направлении комнаты.

Аркадий замер, как кролик, которого застигли жующим чужую морковку.