Перо и меч

И он был жив! Главарь бандитов вцепился в руку Стража и попытался освободится. Но тот лишь его грубо тряхнул и низким грубым голосом произнес:

– Не двигайся.

Иола распахнула глаза от удивления. Страж пару раз ударил бандита кулаком в черной кожаной перчатке, а затем не обращая никакого внимания на продолжающиеся попытки сопротивления, утащил в лес, оставив Иолу одну на поляне.

Глава 2

Ласковое солнышко грело Фрайебург в этот погожий выходной денек. Иола и Донна расположились на террасе любимой кофейни, ели вкуснейшие пирожные со свежими ягодами и обсуждали произошедшее.

Иоле было местами тяжеловато передать весь тот ужас и панику, когда её похитили, и Донна как истинная подруга слушала ей и сочувствовал, но стоило ей упомянуть Стража…

– Вот бы меня кто-нибудь похитил… – мечтательно проговорила Донна.

Иола звонко поставила кружку на блюдце и нахмурилась.

– Ты совсем того? – возмутилась она. – Ты что, не слушала мой рассказ? Посмотри на мое лицо!

Иола откинула назад свою шляпку, которая своими полями прикрывала налившийся синяк под глазом и рассеченную губу, и указала на эту всю красоту пальцем.

– И я тебе рассказала каков он… Он просто утащил бандита! Он… – Иола тряхнула головой и отпила ароматный кофе. – Теперь я вообще не понимаю, с чего его прозвали Благородным… Это такой же бандит! Я думала так и останусь в этом лесу одна, но совсем скоро меня нашли рыцари Ордо Корвус и старый йегер семьи Рихгофенов.

– Глупости ты говоришь, Иола! – Донна махнула на неё рукой.

 – Я слышала, как он спас Гретту, когда она возвращалась ночью из таверны… Бандиты пытались ее похитить, представляешь?! В городе! – Донна округлила глаза. – А он ее спас. Ох… Интересно, кто скрывается под маской… – И она мечтательно начала водить пальцем по ручке своей кружки.

Иола решила применить хитрость, чтобы как-то отвлечь её от мыслей о Страже.

– А как же… Твоя симпатия к Роланду фон Рихгофену?

– Ну… Да. Наверное ты права.

Роланд… – И Донна опять тяжело вздохнула. – У меня с ним, наверное, больше шансов чем со Стражем… Ведь я не гуляю по ночам в сомнительных местах!

Иола демонстративно застонала и отвернулась от подруги, сев боком на стул и закинув ногу на ногу. Донна позволила себя рассмеяться, но потом её лицо вновь приобрело мечтательное выражение, а глаза остекленели. У неё всегда было такое лицо, когда она начинала думать о несравненном герре Роланде фон Рихгофене.