Майский сон о счастье

А он сидел и не знал, как объяснить ей свой приход, что сказать и о чем просить. Не мог же он ей рассказывать сказки про голос, истерзавший ему душу. Она не поверит…

– А я думала – ты насчет развода, – сказала Лена, видя, что он все молчит.

– Нет. Я просто так… Проходил мимо, и решил заглянуть, – ничего не придумав, сказал Петр Степаныч, и встал.

– Петя, Петенька, – прошептала она и заплакала, – пожалуйста, посиди еще…

Вот он, вот – ее голос!

Он замер, повернулся, и подошел к ней.

– Что ты делаешь, что ты со мной делаешь?.. – сказал он тихо. – Ведьма ты, что ли?!

– Бог с тобой, Петя! – И она удивленно всмотрелась в его некрасивое родное лицо. – Разве я похожа на ведьму? Я твоя пропащая жена… вот я кто. Прости меня, если можешь.

– Нет!.. Это ты меня прости, – возразил он, беря ее руку, и встал перед ней на колени. – Это я виноват… я знаю… Лена, вернись ко мне. Не могу без тебя, Лена.

– Хорошо, – радостно согласилась она, – хорошо, я обязательно вернусь.

– Хорошо, – сказал Петр Степаныч. – Как скажешь, Лена. Я люблю тебя.

– И я тебя люблю.

Они не очень походили на пылких любовников, встретившихся после долгой разлуки. Они походили на робких влюбленных.

Наутро, проснувшись, Петр Степаныч обнаружил, что лежит один, на мятой постели. Он очень испугался.

– Лена! – тревожно крикнул он, вскакивая. – Где ты, Лена?

Дверь приоткрылась, и Лена заглянула в комнату.

– Я здесь, – сказала она. – А что случилось?

– Ничего, – смутился он. – Мне показалось, что ты исчезла…

– Вот еще! – удивилась она. – Вставай скорее, завтракать будем.

– Я мигом, мигом! – торопливо сказал Петр Степаныч и засмеялся от счастья.

    1970 г.

СЮЗАНЭ С ПАВЛИНАМИ

Каждая женщина хочет быть счастливой. Чем больше хочет, тем меньше удается. А те, кто ни о чем таком не мечтают и просто порхают беспечно, – у них все выходит само собой, и живут они множество лет, сытые и довольные, не зная вкуса слез.

В сибирском городе Кырске жила еще не старая старая дева Леля Петренко. Работала медсестрой в городской больнице, жила в новом некрасивом доме, в комнате гостиничного типа, совершенно одна – ни мужа, ни друга, ни папы, ни мамы.