Заходите на чай

В последнее время с ней часто такое случалось. Иногда даже во время бесед с мужем, глядя ему в глаза, кивая и тем самым создавая видимость внимательного слушателя, она погружалась в себя. Вот и в тот день в парке, вынужденная выслушивать порицание в свой адрес по поводу неправильного воспитания сына, Елена не обращала внимания на слова Владимира и не старалась найти аргументы для достойного ответа в качестве оправдания, так как знала, что это бесполезная трата времени.

– Вован! Неужели это ты? – раздался позади веселый громкий голос.

Владимир резко повернулся и, застыв на мгновение от неожиданности, расплылся в широкой улыбке.

– Кирилл! Вот так встреча! Боже, как я рад тебя видеть, ты даже себе не представляешь! Как ты? Где ты? – старые приятели крепко обнялись и поочередно на радостях принялись с необыкновенным задором поднимать друг друга, показывая свою еще неутраченную силу. – Сколько времени прошло?

Ветер все сильнее гнул ветви деревьев и, казалось, специально сгонял к парку отдыха самые перспективные тучи.

– Да, мы, если мне не изменяет память, не виделись с тобой со школьного выпускного вечера, – сказал Кирилл, прищурившись, словно пытаясь вспомнить время и место последней встречи, но потом направление его мысли резко поменялось, и он, вздрогнув, посмотрел в сторону. – Ой, любимая, извини меня! Подойди, пожалуйста, сюда, я тебя представлю моему школьному другу. Володя, это – моя жена Анна. Анюта, а это – Володька, лучший ученик класса и самый проверенный товарищ.

– Да ладно, вранье все это, – смущенно сказал Владимир и ткнул своего товарища пальцем в бок. – Не слушайте его, Анна. У Кирилла с детства очень развита способность все приукрашивать. Кстати, вот и моя жена, – он сделал зазывающий жест рукой. – Лена, подойди. Десять лет женаты уже. А вон тот парнишка возле пруда… в коричневом свитере… Видите? Который с палкой в руках… Это мой сын Иван.

Анна одобрительно кивнула, и жены оставили мужей наедине.

– Рассказывай. Где обосновался? Кем работаешь? Все такой же искатель приключений на самую мягкую часть тела? – с лица Владимира не сходила довольная улыбка.

– Да нет. Порох уже не тот, – с грустью ответил Кирилл. – Теперь меня смело можно причислить к домоседам. Работаю я в суде уже пятнадцатый год.