Суворов с нами. Дело

Туда, за двери, в светлый холл,

Под доски с золотом фамилий…

Но в холл я, братцы, не вошёл —

Меня в те двери не впустили!

Стою у жалких муляжей,

Что трёхдюймовки заменили,

И ощущаю кожей всей

Всю тщетность собственных усилий.

Пришёлся я не ко двору,

В калачный ряд с суконным рылом,

Но и полслова не совру —

А расскажу всё так, как было.

Как не с парадного крыльца

Меня впустили в это зданье,

А, как чужого пришлеца,

Другим путём, проходом задним.

И други верные мои,

Вполсилы матерясь от стресса,

Переговоры провели

По всем законам политеса.

Случилось чудо – за стеклом

Вдруг подобрела тётка злая

И нас впустила в общий Дом,

Через «вертушку» пропуская.

И мы прошли по этажам

По кафелю и ламинату,

Не довелось увидеть нам

Паркет, что драили когда-то.

Да что там сталинский паркет?

Я чуть с катушек не свалился,

Узрев, что в холле досок нет

Со списком наших медалистов!

И не поверил ни на грош,

Когда нам изрекали бредни,

Что был ремонт, декор хорош,

А мрамор временем изъеден.

Мы по второму этажу

Прошли ковровою дорожкой,

Кадеты здесь, я вам скажу,

Всегда вели себя построже.

Вот – генеральский кабинет,

Вот Знамя алое родное,

Но вот поста у стяга нет,

Оно бесхозное такое!

У генеральского стола

Стоял мужчина в брючной тройке

И говорил свои слова,

И вёл себя вполне достойно.

Мол, всё путём и всё ладо’м,

Мол, власти не жалеют денег,

Мол, сбережён наш общий дом —

Спасибо, Путин и Медведев!

И с обаятельностью редкой

Он нам, неумным, объяснил —

Он не Начальник, а Директор

В рядах Вооружённых сил.

И что из логики реформы

Путь для училища простой —

Что пусть мальчишки носят форму,

Но без АК и «строевой».

Мы уходили из «кадетки»

С тяжёлым чувством на душе,

Ударит гром – и вспомнят детки

О «строевой» и «калаше».

Но снова будет слишком поздно,

Победу будем мы опять

В снегу, в дерьме, в грязи навозной

Великой кровью добывать.

Меня сразил ты, дом кадетский,

Пока я в СВУ гулял —

Отданье воинских приветствий

Ни разу я не увидал…

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Я только с виду так спокоен,

Воспитан, сдержан и умён,

Как гражданин и русский воин,

Я прямо в сердце поражён.

И, никого не обвиняя,

Не очерняя ничего,

Я вам поведал, не скрывая,

Тревоги сердца своего.