Дом невезения. Рассказы и фельетоны

– Попрошу плату, мадам, – снисходительно обратилась Марина к торговке и встала перед весами.

– Какую плату? – подняла голову женщина. Голос у нее оказался тонким и резким. – За что должна я платить?!

– За право торговли, – спокойно пояснила Марина, и эти простые слова пробудили вдруг бурю эмоций.

– За что, за что? – напряглась женщина и тут же вскипела. – Мне надо платить за то, что я принесла сюда, на дорогу, за два ведра абрикосов?!.. Кто установил эту чушь?!.. И кто сама ты такая, позвольте полюбопытствовать?!.

Женщина стремительно входила в воинственный раж. Она или была истеричкой, или опытной склочницей, которой подарили возможность показать себя в полной красе. Ее лицо покрывалось красными пятнами, глаза засветились хищным огнем, шляпа поползла набок, через тонкие губы исторгался визжащий фонтан.

Марина смотрела на бесноватую тетку с насмешкой. Ей уже не раз доводилось остужать через чур воспаленные головы и ставить строптивых в смиренные позы. Для этого были безотказные средства. В словопрения обычно она не вступала, находила Руслана и сообщала, что на их корабле возник бунт.

Внезапно перед ним появлялись бравые парни в погонах, и оказывалось, что бузотер расположился на месте прохода, что весы у него не клейменые, и что вообще, согласно распоряжению мэра города, торговать надо в специально отведенных местах.

– А почему вы только ко мне придираетесь?! – ершился смутьян.

У блюстителей рыночных правил будто только что открылись глаза:

– Это касается всех! – повышал голос старший по званию. – На рынке полно свободных прилавков, прошу, чтобы через полчаса здесь не было никого! Всех прошу перейти на территорию рынка!.. Через полчаса вернусь и проверю!

Выдав такую команду, милиционеры удалялись, а смутьяна брали в оборот коллеги по торговому делу:

– Ну и чего ты добился?! Сейчас всех поразгонят! Пятерку поганую пожалел! Иди на базар – там с тебя пятнадцать сдерут! Жмот недорезанный! Из-за таких скупердяев порядочным людям спокойствия не дают!.

Ошарашенный этой атакой бедолага вот уже сам мечется среди толпы с пятеркой в руке. Разыскав Марину, он униженно просит ее принять от него эти деньги. Марина делает ему одолжение, и на стихийном базаре воцаряется обычный порядок. Милиция, конечно, больше не появляется.