Мирное небо

Я боялась шевелиться и могла пролежать в такой позе долгие часы.

Помню, как лежала в холодной операционной и думала о том, как Еве должно быть страшно в соседней, такой же холодной операционной, среди чужих людей и жуткого больничного запаха.

Когда я очнулась в палате, я увидела рядом с кроватью отца, он сидел на стуле, и тихо молился вслух с закрытыми глазами. В тот момент я испытала безграничную, всеобъемлющую благодарность к нему, потому что папа не верил в бога.

Я посмотрела в окно, было темно.

– Пап, сколько времени?

– Пятый час, операция еще нескоро закончится. Поспи.

Отходя от наркоза, я то проваливалась в сон, то просыпалась, хватая отца за руку и спрашивая, не закончилась ли еще операция Евы. Я так боялась пропустить этот момент. Я должна была быть рядом с ней, когда она очнется. В виде исключения, благодаря знакомствам мамы и крупной суммы денег нас с Евой поместили в одну отдельную палату, с нами первые сутки постоянно была медсестра.

Очнувшись в очередной раз, я не увидела отца возле своей кровати.

– Почему ты меня не разбудил?!

– Ее только что привезли, буквально пять минут назад, сказали, что она еще несколько часов проспит.

Отец лег на маленький диванчик в углу палаты и в ту же минуту заснул. Операция Евы длилась шестнадцать часов, ровно столько же, сколько я рожала ее. Отец не спал последние сутки, и провел их в больнице возле нас с Евой.

Через три недели нас выписали. Все обошлось, мою печень ее организм не отторг. Это было так давно, что теперь нам с Евой об этом напоминали только похожие шрамы.

4

Сердце в кармане

– Не хочу про отца, расскажи про кого-нибудь кого ты любила, – не отставала Ева.

– Хорошо. Я работала в Питере, помнишь? Так вот, я уехала туда за мужиком, можешь себе представить?

– Честно говоря, нет, – с улыбкой ответила Ева.

– Я расскажу эту историю, но только без окончания, потому что она настолько ужасно кончилась, что я не хочу тебя пугать.

– Согласна, – сказала Ева. А про себя подумала, что спросит, чем же дело кончилось у Даши.

На ее лице появился дикий интерес, я рассказывала ей о том, что когда-то любила мужчину, и переехала из-за него жить в другой город. Это была совсем не ее мама. Это действительно так, от той, старой Веры ничего не осталось, она давно умерла.

Даша, моя старинная подруга.