Мужчина моей мечты. Ироническая проза

– Ты же говорил – не пойдешь? – сразу сообразила Нина.

Стас, не отвечая, оделся и вышел в прихожую; причесался перед зеркалом, еще раз провел щеткой по ботинкам, и без того до блеска начищенным женой, и только влезая в пальто, крикнул:

– Я ушел, Пуся!

Через несколько минут он «голосовал» на проспекте.

Машины не было. Легкий морозец пощипывал щеки. Стас, приплясывая в легких ботинках, чувствовал, что заводится с пол-оборота: он не любил опаздывать, но тут подкатило такси. Водитель, парнишка с длинной шеей, замотанной шарфом, хотел было сказать, что едет в парк, однако, взглянув на лицо клиента, проронил:

– Поехали!

Выскочив из машины, Стас заставил себя успокоиться, и уже по лестнице поднимался, отражаясь в зеркалах, представительный 37-летний блондин с проседью на висках, в прекрасно сидящем на нем костюме.

Вечер встречи, можно сказать, только начался, но однокурсники уже успели занять места за тремя длинными столами, поставленными буквой П справа от входной двери.

Стас цепким взглядом оглядел тех, кто сидел в зале, помрачнел, и было сделал шаг назад, но знакомые голоса закричали: Стасик, Стасик пришёл. Иди к нам!

Стас поглядел в том направлении и увидел Танечку Томилину, с которой у него был небольшой роман, точнее, новеллка на первом курсе. За давностью лет все само собой как-то рассосалось и перешло в равнодушную симпатию.

Однокурсники потеснились, и он сел рядом с Танечкой. Как ни странно, в отличие от остальных, она мало изменилась, хотя и несколько расплылась. Те же кудряшки, обесцвеченные пергидролем, тот же задорный носик.

– Ты стал такой важный … – протянула Томилина, накладывая ему на тарелку салат.

– А ты думала, я – неважный? – мрачно сострил Стас.

– Штрафной, штрафной Стасу! – зашумели вокруг.

– Твой тост, Стас! – сказал сидящий напротив Сашка Шмыров. Он был одет в немыслимую косоворотку «а-ля рюс» и, как всегда, имел восторженный вид.

Стас ломаться не стал – за словом в карман он никогда не лез.

– Как приятно сознавать, – сказал он, вставая, что для каких-то людей ты всегда будешь Колькой, или Танечкой или Стасом. Пройдут годы, но кто-то будет помнить тебя молодым. Выпьем, друзья, за нашу совместную молодость! – Провозгласил он, вовсе никого не считая тут другом.

– Ура! – закричали рядом, и Стас сел.