Угабаже

Вечер закрутился, танцы, болтовня, шутки. Без небольшой драки тоже не обошлось. Ну, это так, в порядке вещей, пацанам же надо развеяться. Я несколько раз пригласил Мадинку, чем твёрдо дал ей понять, что она мне нравится. Мамед, в отличие от меня с кем только не станцевал, и вообще был беззаботен, уселся на место, где сидела Мадинка, пока она танцевала, и вовсю болтал с Зумой. Ильяс же пару раз станцевав, исключительно со своей «любовью» куда-то исчез, пошли, наверное, на улице болтать. С ней вообще интересно поболтать.

Теперь надо поболтать с ней, тут не вариант. Шумно, не слышно нормально друг друга. Одно дело когда болтаешь с старой знакомой, как Мамед с Зумой, а другое когда знакомишься с девушкой. Вот когда пойдём провожать, под утро, то можно поболтать. Если конечно эти трещотки, Зума и Нина дадут мне с ней поболтать. Время пролетело незаметно, клуб постепенно пустел, понемногу все расходились.

Ничего не говоря нам девочки почти незаметно выскользнули из клуба. Я едва их заметил краем глаза, крикнув Мамеду, который о чём-то болтал с незнакомой мне девушкой я вышел следом.

Они стояли на улице и о чём-то болтали с Ильясом и его девушкой, те видимо возвращались со своей прогулки.

– Куда убегаете, – подошёл я к ним, – едва заметил, как вы уходите.

– Ты нам кто вообще, что бы мы тебе докладывали, – Зума была в своём репертуаре.

– А давайте домой через телевышку пойдём, – появился Мамед, вышедший из клуба, – рассвет встретим.

– Как раз небо чистое, – поддержал Ильяс, – с горы увидим, как солнце в море отражается, это только на рассвете видно и только с горы.

– Ты когда ни будь, видела как на рассвете отсюда море видно? – Спросил я Мадинку, – солнце действительно в море отражается.

– Нет, не видела, я же в последние годы вообще не приезжала.

– Смотри на него, – Нина не упустила этот момент, – он к Мадинке вовсю подкатывает.

– Не смотри на него, Мадинка, – подхватила Зума, – зачем тебе, городской, этот сельский олух.

– Всё, хватит болтать, – Заторопился Мамед, – уже светает, идёмте, а то опоздаем.

И мы, как и многие оставшиеся до самого конца вечеринки пошли вверх по крутым лестницам, нам предстояло подняться на самый верх, а уже оттуда, встретив рассвет, по домам. Я всё время шёл рядом с Мадинкой и мы весело болтали, не обращая внимания на ехидные подколки моих соседок. Я явно не вызывал у неё антипатии и это меня очень обнадёживало.