А вы верите в сказки? Сказочная повесть

Тем временем птица нахохлилась и издала неприятный стрекочущий звук.

«Это она на нас…», – подумала Полина, но постаралась сохранять спокойствие и только чуть крепче сжала руку Игоря.

Птица повернулась другим боком, выпятила зоб, как будто хотела что-то выплюнуть и снова затрещала.

– Полька, ты что? Ты мне так руку сломаешь, – чуть слышно прошептал Игорь.

– Ребята, надо поторопиться, – сказал Артур.

Полина и Игорь посмотрели в сторону, куда указывал Артур. Огромная иссиня-чёрная грозовая туча наплывала на город.

Она двигалась быстро, как будто кто-то тянул её за верёвочку. В её рыхлых клубах то тут то там сверкали молнии.

– Бежим! – скомандовал Игорь.

Ребята рванули с места и опрометью бросились через сквер. Когда они поравнялись с дубом, сорока покинула свой наблюдательный пункт и стала преследовать их. Она пикировала на убегающих с яростным криком, то опускаясь вниз, едва не касаясь их голов крыльями, то снова поднималась вверх и оттуда, с высоты издавала злобный стрёкот.

Дождь догонял. С шумом и грохотом грома он наваливался на город сплошной стеной воды. До подъезда оставалось несколько метров, когда за спинами беглецов раздался оглушительный треск и толстая ветка берёзы рухнула прямо под ноги ребятам, едва не подмяв их под себя.

– Сюда! Бегите сюда! Скорей! – высунувшись из окошка первого этажа махал рукой Ефим Степанович.

Через несколько минут все трое уже сидели в маленькой кухоньке, замотанные пушистыми полотенцами.

– Эк как вас вымочило, ребятушки! Ну да ничего, сейчас чайку попьёте согреетесь! – хлопотал у плиты дворник.

– Ефим Степанович, а я ведь нашла стёклышко от ваших очков, – сказала Полина, продолжая кутаться в полотенце.

Дворник замер на мгновенье и не оборачиваясь спросил:

– Нашла, значит? Вот это спасибо тебе. Вот это хорошо.

Он отошел от плиты с чашками в руках.

– Ну, давай. Я очки-то починю, – Ефим Степанович протянул Полине огромную ладонь с крючковатыми кривыми пальцами, – Ну что же ты? Давай его сюда.

Рука дворника немного подрагивала и только сейчас Полина заметила, какая она необычная. Несоразмерно большая для такого тщедушного старикашки. Пальцы были толстые и короткие, чуть не до самых ногтей поросшие светлыми волосками, а ладонь – круглая, совершенно плоская и какая-то слишком уж светлая.

– Ну, ну что же ты? Или не принесла? – глаза Ефима Степановича начали темнеть, совсем как в тот раз, когда он просил Полину поискать линзу.